Возможно, зря мы Байкал молоком не полили!

Теги: Байкал | коньки

30.05.2017

Часть I. Как я потоптал 20% мирового запаса пресной воды

Часть II. Размеренный поход, наконец, приобретает черты приключений

Часть III

Что же, сказано – значит сделано. Ровно в пять часов утра прозвенел будильник и я, не просыпаясь, выбрался из спальника, оделся и обулся, вылез из палатки и подошёл к костру. А чуть позже, так же, не просыпаясь, принялся кашеварить нехитрый завтрак и топить лёд для чая в термосы.

В этот день нам надо было проехать порядка восьмидесяти километров, что было предельно оптимистичным планом. Хоть для его выполнения требовался всего лишь ровный лёд и отсутствие встречного ветра, но для его провала достаточно было отсутствие только лишь чего-то одного. И нельзя сказать, что мы не понимали, что наш план сильно зависит от удачи, но мы планировали сделать всё от нас зависящее.

Только мы перелезли через злосчастные торосы, как стало понятно, что сегодня нам без приключений не обойтись, потому что весь лёд до горизонта был припорошен минимальным слоем снега. Коньки ехали, совершенно не замечая снега, а вот саночки начали ощутимо тормозить. Пряма со старта наша скорость уменьшилась в два раза по сравнению с плановой.

Кроме того, как оказалось, я ещё и стал самым слабым звеном, потому что все остальные, уехали вдаль, как ни в чём не бывало, а мне каждый метр давался с каким-то неожиданным трудом. И даже предполагаемые аутсайдеры Ксюша с Линой чувствовали себя заметно бодрее меня.

Во время очередного короткого привала я вточил двойной сникерс и подумал, что, в принципе если поднапрячься, то может и проедем мы те 80 километров. Устанем, конечно, может быть даже, поздно ночью доедем, но шансы есть. Только стоило так подумать, как в лицо начал дуть ветер.

Равномерный, сначала не сильный, но потом всё сильнее и сильнее. Лично моя и без того не особо бодрая езда начала напоминать ходьбу. Вроде толкаешься, чтобы проехать немного, но тут же и останавливаешься.

Немного подбадривая себя, я размышлял, что, вероятно, даже так ехать хоть и более затратное по силам занятие, но всё равно быстрее ходьбы.

Но судьба была неумолима и потому, вскоре, мы выехали на участок весьма паршивого льда. По таким участкам и без сложных погодных условий ехать на коньках одно мучение, настолько неподходящая это для катания поверхность. Ну а тут я даже пробовать не стал. Снял коньки и пошёл так. Приятным бонусом от моего решения было то, что я начал догонять товарищей.

Прошло ещё буквально полчаса, и уже все, даже самые приверженные коньковому ходу участники перешли на ход обычный, по крайней мере, для того, чтобы синхронизировать скорость передвижения с остальной группой.

Несмотря на перемены, я всё ещё плёлся в конце, на добрую сотню метров отставая от остальной группы. Ребята время от времени устраивали привал и ждали меня, но потом так же быстро убегали вперёд. Разве что Ксюша спустя некоторое время решила составить мне компанию.

Думаю, всем было предельно ясно, что сегодня поход не закончится, и потому было интересно, куда мы идём, а если точнее, как долго ещё собираемся идти. Мне, как человеку без карты, казалось, что нас ждёт ночёвка на льду, и потому надо было только определиться, сколько мы хотим пройти за сегодня. Вопрос выглядел не так очевидно, как может показаться, потому что если бы погода ухудшилась или хотя бы сохранилась на том же неблагоприятном уровне, мы и на следующий день могли бы поход не закончить.

А вот Василий, как человек с картой, оказалось, что давно уже всё продумал. Говорит, мы не для того весь день потели, чтобы ночь трястись не то от холода, не то от звуков рвущегося льда. Ночевать будем с комфортом, надо только дойти.

Вообще, давно замечаю за собой, что чем лучше чувствуют себя окружающие, тем тяжелее мне. Зависимость, вероятно, не настолько простая, но, в целом, если всё идёт слишком ровно, я никакого энтузиазма не испытываю. И наоборот, чем хуже остальным, тем лучше себя чувствую я. Если все устали и едва волочат ноги, на меня накатывает такой душевный подъём, что я едва ли не подпрыгиваю от бодрости.

Стоянка оказалась практически в поле. Зато со столами, скамейками и оборудованным туалетом. Из дров, правда, только кусты, но мощные, так что даже это не самый плохой вариант. Тем более что у нас было немного с собой.

Газа оставалось полтора баллона, но мы решили с ним не возиться вовсе. Дело в том, что на морозе он очень неохотно вылезает из баллона, так что топить лёд на еду, чай и термосы - занятие крайне долгое и утомительное. Потому мы взяли и перешли на готовку на костре. Для этого пришлось вырубить костровые и из заботливо сохранённой проволоки скрутить «интегралы», а так же запачкать котелки, но сил уже никаких не было терпеть эту газовую неспешность.

На следующий день подъём назначили на четыре. Смысл решения был в том, чтобы, если погодный шаблон предыдущего дня сохранился бы, и утро началось бы со штиля, плавно перешедшего в сильный ветер позже, мы бы захватили максимум светлого, но безветренного времени. Даже два часа езды на коньках без ветра гарантировали бы, что к вечеру мы были бы в бане Сахюрты. Упускать такую возможность не хотелось.

Утром, всё так же спя на ходу, я решил сварить супчик и для этого закинул в воду всю оставшуюся сушеную говядину. Это стало серьёзной ошибкой, потому что ещё раньше я уже заметил, что в нашей говядине соли едва ли не столько же, сколько и мяса, но никак не связал знание с действиями. В результате завтрак получился на грани несъедобного. Но уже ничто не могло нас остановить.

Тем утром, как мне кажется, получились замечательные фотографии.

В них вся предшествующая тому утру история нашего похода, все тяготы и приключения, лёгкая нехватка газа, подкатывающая усталость, все надежды и чаяния, восхищения и уют тёплых спальников, всё это было в том молчании у костра, в позах, в мыслях.

Лёд, как и утром ранее, был припорошен снегом и казалось, что нам весь день придётся страдать.

Но, ближе к Ольхонским воротам его как ветром сдуло. Было такое странное и удивительное ощущение, как будто спали оковы и, вдруг, всё снова поехало. А в самом проливе к идеальному льду добавился ещё и попутный ветер, так что на контрасте казалось, что мы попали в сказку.

Что и говорить, уже в обед мы предавались мирским утехам, бесконтрольно пожирая всё, что было в столовке. Потом поспали немного и повторили всё то же вечером.

У нас в запасе было ещё несколько дней, которые мы решили потратить, гуляя по местным достопримечательностям. У нас, правда, довольно специфический вкус на достопримечательности, но вы должны оценить.

Мы бродили по холмам, смотрели, что где есть. Фотографировались опять же.

А потом рраз и решили залезть в местную, довольно известную пещеру «Мечта».

Насмотревшись американских фильмов, а именно «Спуск» и «Спуск 2» мы знали всё о том, как вести себя под землёй и что делать, если мы, вдруг, встретим какого эндемика, которыми так славен Байкал.

Плюс, с нами была Ксюша, которая сразу сказала, что ей страшно, она не хочет никуда лезть. Едва удалось убедить её, что оставаться одной у входа в пещеру на неопределённое время ещё страшнее.

Вместо этого мы предложили сделать всё по классике, а именно, спуститься вниз и потом уже разделиться.

Так же строго настрого предупредили, что если фонарик начнёт мерцать и гаснуть, то надо по нему постучать.

А если увидишь эндемика, то не шевелись и не издавай звуков.

Эндемики, это любому известно, имеют плохое зрение, а потому ориентируются на звуки и всякие там другие штуки.

Разделиться, к сожалению, не получилось, потому что по началу вариантов, куда идти было не так много. Но, надо отдать должное, чем глубже мы погружались, тем больше ответвлений обнаруживали.

Вообще, спелеология значительно сложнее и страшнее альпинизма. Возможно даже это самый страшный и опасный из видов экстремального спорта.

Ну, посудите сами, спелеологи занимаются примерно тем же, что и альпинисты, но ночью, в стеснении (часто дичайшем) да ещё и с аквалангом. И без возможности быстрой эвакуации.

А может и вовсе без возможности помочь пострадавшему вылезть из этого ада.

Но, видимо, и ощущения и красоты там, в пещерах, стоят того.

Плюс, не стоит забывать об эндемиках, которые могут проглотить целую группу и не поперхнуться. В горах такого нет. Хотя, как-то раз Марусю снежный барс сожрать хотел, но это же совсем другая история.

Тут можно было бы и закончить, но я, как мастер скомканной концовки расскажу ещё один эпизод нашей поездки.

Как вы знаете, у нас могла состояться ночёвка на льду, но не состоялась. А я вот, пусть и в тайне, желал переночевать на льду ещё с первой поездки. Это же, сколько впечатлений должно быть. Байкал же весь булькает, трескается, рвётся, а ты лежишь прям посреди на нём как нерпа белёк такой типа не при делах, только бы меня никто не заметил, нет, только не меня. И мысли и надежды только об одном, чтобы если трещина образовалась, то не под тобой.

На удивление желающих испытать непередаваемые эмоции оказалось совсем не много. Отряд боевых нерп состоял из Димы, Жени и меня. Даже на одну палатку не собралось людей.

На тему ночёвки на льду Байкала историй и советов очень много. И где, и как, и чего. Я только знал, что палатку надо ставить рядом с трещиной. Мол, если трещина уже образовалась, то новой уже не будет. С этими мыслями мы отужинали в столовке и отправились в ночь.

Ночью ехать на коньках оказалось вообще не так, как днём. Мы ехали по сто раз езженному пути, но всё равно казалось, что мы в космосе. Мимо проплывали льдины, под ногами разверзалась и сразу схлопывалась бездонная пропасть. Фонарик то и дело выхватывал из темноты какие-то непонятные образы, а остальное доделывало воображение. Я ехал, едва шевеля ногами и тихонько толкаясь палками, озирался и отчаянно пытался заставить мозг воспринимать происходящее адекватно или хотя бы убедить себя, что тут ровный лёд и ничего нет, но мозг пустился в какой-то наркотический угар.

Мы искали место, чтобы были слышны звуки, чтобы булькало. Дима, пока ехал, потерял свои саночки, и пока мы его ждали, оказалось, что мы как раз в нужном месте. Поездили ещё немного взад-перёд, но поняли лишь то, что начал дуть приличный ветер. До этого он не чувствовался совсем, потому что был попутным.

Я пытался применить знание о том, что палатку надо ставить у трещины, но, оказалось, что там везде трещины. А таких, чтобы большие и с торосами, нигде рядом не было. Так что решили ставить палатку произвольно, в месте, где больше нравится.

Сказать было одно, а сделать – совсем другое. Основная проблема была в том, что палатку очень настойчиво сдувало куда-то в Улан-Удэ. Настолько мощных приключений никто из нас не желал, потому в палатку мы сложили все вещи и Женю до кучи, но значительно это ситуацию не изменило, потому что теперь в Улан-Удэ уезжала не только палатка, но и Женя с вещами. Только усилиями всех троих людей удавалось как-то задерживаться на месте и даже немного оттягивать палатку назад.

У нас был не до конца проработанный план, как закрепить палатку на льду и для этих целей мы взяли один ледобур. В процессе обсуждения, как нам одним буром закрепить всю палатку мы пришли к мысли, что если бы у нас была ещё верёвочка и проволочка, то у нас всё бы получилось. И, как не странно, в недрах рюкзака всё удалось найти! До сих пор помню, как мне отец эту проволоку давал со словами «на, пригодится». Как же ты папа был прав!

За час мы с Димой насверлили вокруг палатки мильён «проушин Абалакова» и закрепили всё, что только можно было закрепить.

С собой у нас был джетбойл и можно было бы, наверное, всю ночь чаи гонять, но после такой установки палатки хотелось только упасть и уснуть. Упасть получилось, а с уснуть возникли проблемы. Байкал не просто булькал. Началась какая-то война!

К двум часам ночи я уже несколько раз высовывался из-под тента, чтобы проверить, не дрейфует ли наша льдина где-то под Листвянкой и вообще, как обстановка, но ничего в темноте разглядеть было невозможно. Вокруг всё бабахало, тряслось, скрипело и трескалось. Казалось, что шеф, всё пропало, и никто уже не спасётся из нашего бравого отряда. Женя даже спальник поначалу не застёгивала, чтобы иметь возможность экстренно эвакуироваться с тонущего корабля. Правда потом замёрзла и всё же застегнулась. А к утру вообще всё стихло и даже удалось поспать.

И, конечно же, на утро стало понятно, что кругом совершенно ничего не происходило. Ни тебе торосика даже маленького, ни трещинки новой.

Ну вот теперь уже точно всё :)

Автор: Antoshk

Другие статьи автора: