Разбор техники Александра Жирова

Александр Жиров, восходящая звезда из Советского Союза, имеет неординарную технику и кажется чрезвычайно эффективен.

Насколько хорош Александр Жиров? Он был наиболее успешен в гонках Кубка мира этого сезона против Ингемара Стенмарка, победив один раз в слаломе и три раза в гиганте. Ранее его лучшим результатом было третье место в слаломе на этапе в Ленгрисе, Западная Германия (1980).

Его успехи были одновременно и захватывающими, и регулярными. Не имея ФИС очков в 1978 году, он вдруг стал 25-м в слаломе и 70-м в гигантском слаломе по итогам Кубка мира сезона 1978-79. В своей возрастной группе (он родился в 1958 году) Жиров тогда был 12-м в гигантском слаломе и пятым в слаломе. В конце сезона 1979-80 он стал шестым в слаломе и 20-м в гигантском слаломе. Сейчас (по окончании сезона 80/81) он занимает десятое место в слаломе и второе в гигантском слаломе.

Александр Жиров - высокий мускулистый и очень скромный спортсмен, по крайней мере, среди чужих. Он очень дисциплинирован и дотошен. Например, он всегда заглядывает через плечо своего французского сервисмена, когда тот готовит его лыжи, и часто сам совершает последние штрихи при заточке кантов.

После того как Жиров стал побеждать в прошедшем сезоне, тренеры и гонщики, в том числе и Ингемар Стенмарк, и Фил Маре, качали головами, откровенно недоумевая, почему же у него получается так быстро?

На склоне сразу бросается в глаза чрезмерная мощь всех успешных российских горнолыжников, будь то специалист в слаломе Владимир Андреев, спусковик Валерий Цыганов или Жиров. Эти горнолыжники часто делают необычные движения на лыжах, которые кажутся акробатическими. Но энергетика этих движений имеют совершенно иную динамику, чем у акробатических движений на лыжах. Совершенно ясно, что их специфическое мощное катание происходит благодаря чрезвычайно развитым мышцам и российские тренеры специально работают над этим.

Технический рисунок Жирова и других советских топ-горнолыжников совершенен и нетипичен. Следует помнить, что советские ученые являются пионерами в изучении координации, обучении движениям и техническому рисунку в спорте. Их работы - это тексты, которыми пользовался тренер Леонид Тягачев в качестве студента Московского Центрального спортивного института. Например, русские полагают, что определенные автоматические (часто используемые и тренируемые) движения не являются принципиальными, и чрезвычайно важно усовершенствовать "корректирующие механизмы", благодаря которым движения получаются плавными и связанными.

Если учесть разнообразные внешние условия, встречающиеся в горных лыжах, где нет двух одинаковых поворотов, то такой подход имеет очень интересные последствия. Вместо определения типовых цепочек движений и обучения идеальной технике, целью обучения становится умение сочетать технические элементы и адаптироваться к трассе, рельефу, снегу и др. Первый подход характерен для подготовки большинства команд Кубка мира, второй - характеризует катание Александра Жирова. Вместо изучения техники Жирова в свете того, что сейчас считается хорошим катанием на лыжах, возможно, технику необходимо критически препарировать в свете катания Жирова.

Эта серия фотографий Жирова сделана в Оре в феврале 1981 года на первой попытке Кубка мира по слалому-гиганту, ближе к середине трассы. К этому времени Жиров провел на ней приблизительно 50 секунд. Приведены последняя часть одного поворота, траверс и две трети следующего поворота. Постановщиком трассы был тренер шведской команды Жан-Пьер Кателлард. На трассе с перепадом 395 метров установлено 62 ворот. Это максимальное количество ворот, которое разрешено правилами, и это объясняет очень крутой характер трассы.

Для эффективного преодоления этой трассы требуется совершать очень круглые повороты, а это означает, что в первые две фазы: заход—инициация поворота и атака вниз по линии падения склона, зачастую должны быть завершены до момента прохождения ворот. Это позволит делать соединительный траверс между дугами выше над воротами и позволит делать длинные плавные повороты с меньшим давлением на канты, что даст лучшее скольжение, большую скорость и хорошее время.

Двое ворот, показанные на раскадровке, установлены на гребне "отвесной стены". Горнолыжник вынужден сделать резкий траверс вдоль верхней части стены, а затем начинать спускаться вниз. После гонки Кателлард отметил, что лучший проезд, который он видел в это день, был у Жирова в первой попытке, хотя Стенмарк и выиграл и ее, и этап в целом. Комментарий Кателларда был вызван состоянием склона.

Склон для гигантского слалома в Оре был подготовлен с использованием воды и был фактически ледяным. Стояла холодная и ветреная погода. Снегопад шел как до, так и во время гонки. Это означало, что лед был покрыт мягким ковром снега, но у ворот спортсмены отодвигали этот снег подальше. Первые стартующие имели преимущество, потому что в поворотах еще было достаточно мягкого снега, чтобы позволить лыжам резать без проскальзывания. Но с каждым стартующим лед оголялся, и к десятому номеру трасса состояла из серии проплешин льда, разделенных мягким снегом.

Это чрезвычайно сложные условия для горнолыжников, потому что они должны сначала врезать канты в лед, и тут же становиться "легкими", чтобы плавно скользить по мягкому снегу. Спортсмены должны постоянно адаптироваться. Неудивительно, что в этой попытке Стенмарк, стартовавший под третьим номером, показал лучшее время, а Бруно Ноклер, стартовавшийый под четвертым, - был вторым. На четвертом месте оказался стартовавший 12-м Фил Маре, но уже с отрывом почти в две секунды.

Кателлард не хотел умалять заслуг Стенмарка или Ноклера, но восхищался Александром Жировым, показавшим третье время и отставшим менее чем на полсекунды с последним стартовым номером в первой группе (15) в очень сложных условиях.

Фотографии сделаны с частотой 10 кадров в секунду.

Что тревожит многих, видевших катание Жирова, так это отсутствие ангуляции. Его тело, при взгляде спереди, образует почти сплошной блок, без изгиба или скручивания. Он целиком наклоняется внутрь поворота, так же, как это делает велосипедист. Это затрудняет перекантовку лыж и удержание равновесие в процессе поворота. Это падение начинается очень медленно, так как он находится в вертикальном положении, но ускоряет свое падение тем больше, чем больше он наклонился внутрь.

Причиной отсутствия ангуляции у Жирова является вращение плечевого пояса вслед за лыжами. Грудь не направлена вдоль линии падения склона. Это движение противоположно тому, что должно быть сделано, чтобы создать угловое положение.

Жиров останавливает свое падение с помощью внутренней ноги. Он часто это делает. Спортсмен может создать большее давление на кант уходя с внешней ноги (в данном случае правой), но это всегда опасно по двум причинам:
1) Ботинок может удариться о склон, срывая лыжу, и 2) Если лыжа не держит, горнолыжника уже ничего не удерживает от падения на бок. Кроме того, поскольку горнолыжник хуже чувствует закантовку внешней стороной стопы, это может помешать хорошему скольжению.

Примечание: снег летит от внешнего канта внутренней лыжи.

Еще одна опасность использования внутренней лыжи в конце поворота заключается в том, что внутренняя нога обычно немного впереди. Это означает, что внезапная передача веса на внутреннюю ногу, так, как Жиров делает между кадрами 1 и 2, отсаживает спортсмена назад. Часто результатом этого является то, что разгруженная внешняя лыжа прекращает поворачивать и уходит из-под горнолыжника, а внутренняя лыжа зацепляется пяткой. Лыжник теряет равновесие, отклоняется назад и не может продолжать поворот.

Но этот кадр показывает, что Жиров предвидел все это, возможно на кадре 1. Он резко сгибается вперед в талии, чтобы перенести вес на верхнюю лыжу. Он наклоняет правую голень вверх к склону и вперед по отношению к передней части ботинка, который, кстати, является довольно низким, но очень жестким. Это отражается вращающим и врезающим давлением на лыжу.

Ничто в горных лыжах не является статическим. Давление на внутреннюю лыжу удерживается в течение одной десятой секунды: если лыжник попытается продлить давление дольше, чем одна десятая, его будет сносить с потерей направления и скорости, поэтому Жиров сразу толкается правой ногой вперед. Обычно лучшие в мире горнолыжники делают это внешней опорной ногой, но Жиров управляет собой с помощью внутренней ноги. С помощью этого движения он добивается лучшего резания и ведения (подобно тому, как нож режет лучше, если его протягивать, а не просто нажимать вниз) и лучшего скольжения. Лыжи сохраняют свое движение вперед вместо сноса вниз по склону.

С этого ракурса мы можем легко увидеть, как Жиров перенес свое тело вверх по склону над его загруженной лыжей. Проявлением толчка ногой вперед являтся также разгруженная передняя части лыжи и только пятка все еще режет.

К сожалению, траверс слишком крутой и слишком длинный для этой техники, чтобы быть здесь на 100 процентов успешным. Жирову, имеющему здесь небольшие проблемы, очень сложно повернуть, но он использует сложную технику эффективно.

Посмотрите, как он мгновенно воспользовался "запасным вариантом"; он перешел (перенес давление) с внутренней на внешнюю и толкнулся стопой, но ему все еще необходимо продолжать движение поперек склона. Он неожиданно сжимается вниз к его внутренней лыже. Заноса и замедления движения почти нет. Обратите внимание, как заносит поперек движения внутреннюю (правую) лыжу.

Тут проявляется типичная Жировская исключительная способность корректировать и адаптироваться: он наклоняет свое тело даже больше вверх по склону, как только начинает выпад с другой (левой) ноги. Это необычно. Большинство лыжников, которые используют внутреннюю лыжу в поздних фазах поворота, оставляют внешнюю "плестись в хвосте".

Невероятного достаточно. Жиров заканчивает поворот почти классически, с опорой на пятку нижней лыжи, а верхняя плоско скользит по склону. Во время этого драматического перемещения давления с одной лыжи на другую Жиров создает оптимальное давление на опорных лыжах покачиванием своего тела вперед-назад и делая скользящие движения голеностопом вперед-назад под собой. Таким образом, он сохранил равновесие и траекторию, несмотря на то, что это очень сложный поворот.

Обратите внимание на углы между его бедрами и икрами в этот момент.

Левое колено Жирова согнуто, указывая, что лыжа разгружена. В нее пришел разгружающий импульс, вместо того, чтобы прийти в верхнюю ногу, вопреки тому, что большинство тренеров могло бы ожидать. Верхняя лыжа, которая будет новой внешней в следующем повороте, в свою очередь также была довернута и закантована, в результате чего мы видим сходящееся положение лыж.

В трех предыдущих кадрах Жиров испытывал сжатие, в несколько раз превышающее  его собственный вес, возникшее благодаря сочетанию центробежной силы и силы тяжести. И то, что он смог в одну десятую секунды сделать такое большое движение одной ногой с такой низкой стартовой позиции, является поразительным свидетельством физической мощи, которой он обладает. Горнолыжники мирового класса известны среди физиологов мощью ног, но никто из тех, кого мы сфотографировали в течение сезона 1980-81, не мог совершить сопоставимых движений.

Такой резкий перенос давления с одной лыжи на другую в такой широкой стойке мгновенно меняет наклон лыжника в направлении к центру нового поворота. В одну десятую секунды Жиров начал следующий поворот.

Сбалансированный на своих вынесенных в бок лыжах Жиров не стесняется и позволяет своему телу опускаться вниз по линии падения. Радиус этого поворота тоже очень мал, но видимо не обязывает горнолыжника закруглять дугу в виде перевернутой запятой, как в предыдущих воротах. На данный момент Жиров выходит на проплешину льда, которую выскоблили предыдущие участники.

Жиров движется спиной к воротам. Он создает максимальное давление на канты и в отличие от первого кадра у него даже присутствует контрвращение. Грудь не повернута вниз по склону вместе с лыжами и вместо этого смотрит в камеру. В этом положении каждый изгиб в талии не будет загружать носки лыж, но изменит закантовку и давление на внешнюю лыжу.

Сейчас он на самом льду. Жиров снова движется, вдавливая голени в языки ботинок. Аналогичное этому движение мы видели на третьем кадре. Обратите внимание, как его очень широкая стойка автоматически увеличивает закантовку внешней лыжи.

Перевод: HappyNY