Прикасаясь к Легенде: Eiger Nordwand

Теги: Айгер | Eiger | Швейцария | альпинизм

27.03.2017

Зачем люди ходят в горы? У каждого человека на это есть свои причины. Но то, что горы являются источником некоего вдохновения, думаю, вряд ли можно поспорить. Я влюбился в горы много лет назад, когда первый раз приехал туда. Сначала просто катался, потом начал ходить и лазать. Я не помню когда точно, но в какой-то момент тебе становится недостаточно просто взойти на вершину, скатиться с нее на сноуборде или пролезть тот или иной маршрут. Хочется чего-то большего. Это как в отношениях, когда проходит эйфория, влюбленность, хочется лучше узнать человека. Так и тут. Я начал изучать историю гор, начиная от истории их формирования, заканчивая рекордами сегодняшнего дня. Я был поражен, какой мир открылся моим глазам. Мир удивительных историй. Мир загадок и тайн, которые горы будут хранить вечно. Огромный мир разнообразных человеческих судеб. А самое главное, чем дальше, тем интереснее. И остановиться невозможно.

Мы, наверное, никогда не узнаем, был ли на вершине Эвереста, одержимый этой горой, Джордж Мэлори с Эдди Ирвином за почти 30 лет до того, как состоялось легендарное, официально считающееся первым, восхождение на вершину Сэра Эдмунда Хиллари и Тензинга Норгея.

Скорее всего, останется тайной, что же случилось в 1954 году на 8000 метрах на ребре Абруцци вершины К2, когда двойка с великим Вальтером Бонатти и пакистанским портером Амиром Мехди, затащившая кислород в штурмовой лагерь, так и не нашла палатку будущих первых восходителей на вершину Лино Лачеделли и Акиле Компаньони. Версии участников тех событий диаметрально противоположны. Бонатти утверждал, что палатка была поставлена преднамеренно выше оговоренного заранее места, для исключения конкуренции в борьбе за первенство. Это привело к их холодной ночевке, обморожением пальцев ног у Мехди с их последующей ампутацией. Лачеделли утверждал, что на утро, когда они нашли кислородные баллоны, оставленные Бонатти, то кислорода в них не было, обвинив Бонатти в том, что те использовали кислород, предназначавшийся для штурмовой двойки. Бонатти утверждает обратное, что они не могли использовать кислород, поскольку у них отсутствовали кислородные маски. Эта история на многие годы получила и политический оттенок. Она всячески замалчивалась, дабы не очернять итальянский успех на горе. И только долгие годы спустя правда начала кристаллизовываться, но, тем не менее, остается неоднозначной.

История первого восхождения на Маттерхорн вообще заслуживает отдельного рассказа. Какое количество попыток было предпринято по разным маршрутам, большинство из которых по нынешнему греблю Лион с итальянской стороны, но только не по гребню Хернли, самому популярному сегодня и объективно самому «простому» из всех маршрутов. Интриги под названием «извини, друг, но в этот раз я с тобой не пойду», поскольку «я собираюсь сам пойти в тихоря и присвоить себе все лавры». О том, как шла настоящая гонка за первенство в один день, по разным маршрутам, завершившаяся для победителей всем известной трагедией.

Наверное, на Великих Горах и не могло быть иначе. Возможно, потому они и считаются Великими, что за их покорение человеку пришлось заплатить очень высокую цену.

Но одна Гора, на мой взгляд, заслуживает отдельного места в первом ряду. АЙГЕР.

А если точнее, то его Северная Стена, возвышающаяся на 3000 метров над окружающими долинами. Главный символ – это его 1800 метровая скально-ледовая верхняя часть, которая является самой высокой северной стеной в Альпах. Стена имеет вогнутую форму и четкую северную экспозицию и, как следствие, практически никогда не освещается солнцем.

Погодной особенностью стены является то, что это практически северный щит высоких Альп, их самая северная точка, поэтому стена первой принимает на себя все удары штормов, приходящих из северной Атлантики.

Еще одной особенностью Северной стены является ее близость к цивилизации. У подножия находится горнолыжный курорт с подъемниками, ресторанами и отелями. Для самых интересующихся можно за 1 франк вообще купить место в ложе в театре событий, которые происходят на Северной стене.

Несмотря на то, что первое восхождение на вершину Айгера было совершено в далеком 1858 году по западному ребру, его северная стена оставалась не пройденной вплоть до 1938 года.
В конце 19 века в Альпах доминировали британцы, покоряя чуть ли не каждый день один пик за другим. Таким образом, большинство первых восхождений в Альпах принадлежат британцам. Но в конце 30х годов 20го века британцы посчитали, что в Альпах пройдено все, покорены все вершины, и переключили свое внимание на Гималаи. Последними не пройденными бастионами оставались Великие Северные Стены (Айгер, Маттерхорн, Гранд Жорас и другие) гор, вершины которых уже были покорены по другим маршрутам.

Молодые европейцы получили возможность «вернуть» себе горы, в которых они выросли. В основном, это был немецкий, швейцарский, австрийский и итальянский бедный рабочий класс, оказавшийся без работы в период депрессии. Им было нечего терять, и они были значительно более техничными скалолазами, нежели британцы. В головах многих из них присутствовали мысли, что если мы сможем пролезть Северную стену, то мы станем знаменитыми и, возможно, это изменит нашу жизнь.

В августе 1935 года была предпринята первая серьезная попытка прохождения Северной стены. Баварцы Карл Мерингер и Макс Сэдлмайр, долгое время изучавшие стену от ее подножия, были уверены, что видят прямой путь к вершине. Их попытка проходила, возможно, по одной из диретиссим, пройденных в последствии, а не про классическому маршруту Хэкмаера. Они были пионерам на стене, не имея ни малейшего представления о ее сложности и опасности. Все, что они знали, что это огромная стена. За три дня на стене они добились неплохого прогресса, пройдя более половины стены, но во время ночевки погода испортилась, и на Айгер обрушился шторм. Только на пятый день облака раздуло, и люди снизу увидели через телескоп двух человек, продолжавших восхождение уже в верхней части стены. Но через мгновение облака снова закрыли стену. Живыми их больше не видели. Их тела были найдены годы спустя на маленькой полке, получившей закрепившееся за ней название Death Bivouac (Бивак Смерти).

Эта трагедия, произошедшая, по сути, на глазах очевидцев была моментально подхвачена и растиражирована прессой, что подкрепило репутацию Айгера как очень серьезной стены. Естественно это возымело обратный от испуга эффект. Количество желающих протестировать свои возможности лишь увеличилось. Сценарий для второй серии был фактически написан.

К лету 1936 года репутация Айгера облетела всю Европу, привлекая внимание лучших альпинистов того времени, желающих стать первопроходцами. Тем летом 12 альпинистов разбили лагеря у подножия стены. Среди них были два немца Андреас Хинтерштойсер и Тони Куртц, а также австрийцы Вилли Ангерер и Эдди Райнер. Эта четверка, по сути, и открыла сегодняшний классический маршрут, «ключом» которого на тот момент являлся поперечный траверс практически вертикальной гладкой скалы еще и методом маятниковой раскачки через забитый выше крюк.

Этот «ключ» открыл двери к сердцу северной стены и, в дальнейшем, был назван в честь его первопроходца Траверсом Хинтерштойсера.

На сегодняшний день Траверс Хинтерштойсера не является ключевым участком классического маршрута. На нем закреплены стационарные веревки.

А причина их наличия более чем весомая. К великому сожалению история тех дней написана кровью.

Изучая детали тех трагических событий, я так и не могу найти ответ на вопрос: в каком положении должны были находиться звезды на небе, чтобы такая цепь событий, приведших к ужасной катастрофе, связанных с диким невезением, что ли, могла произойти в столь короткий промежуток времени?
• Они поднялись практически до высоты, которую достигли баварцы годом ранее.
• Команда была вынуждена прервать свое восхождение (первопрохождение) в связи с травмой товарища (Willy Angerer), полученной от удара упавшего камня. Начинается спуск раненого по пути подъема.
• Андреас Хинтерштойсер в течение нескольких часов пытался пролезть свободным лазанием траверс в обратном направлении, но сдается, выбившись из сил. Все понимают, что продернуть и забрать с собой веревку, которой был провешен траверс, было роковой ошибкой. Но, с другой стороны, будучи одержимыми мыслями о вершине, как они могли себе представить, что им придется спускаться по пути подъема?
• Команда начала спуск по прямой вниз в условиях ухудшающейся погоды.
• Лавина сбивает всю связку со стены. Единственный, уцелевший – Тони Куртц, повисший на веревке на огромном карнизе. Подоспевшие спасатели, которые вышли на стену через Штолленлох (Stollenloch), беря на себя гигантские риски в условиях бушевавшего шторма, так и не смогли ему помочь. Тони остается ночевать на веревке, имея лишь одну варежку.

Stollenloch – это окно на высоте примерно 2850 метров, выходящее прямо на стену, которое использовалось для выброса породы, при строительстве ж/д тоннеля.

• На следующее утро, вернувшиеся спасатели, каким-то чудом находят Тони обессиленным, с обмороженной кистью, но живым! Как ему удалось пережить эту ночь на веревку в условиях шторма..?
• Дальше начинается самое невероятное. Спасатели понимают, что не могут подобраться к нему сверху. Тони пришлось отрезать висящего под ним погибшего товарища, чтобы разгрузить веревку, таким образом, укоротив ее и тем самым, отрезав себе спуск вниз. Они хотят, чтобы он поднялся по веревке до полки, где она закреплена. Как это можно было сделать с одной рукой, находясь на отвисании..? Но он это сделал.
• Следующим этапом нужно было доставить до него веревку, по которой он мог бы спуститься. Вариант был только один, расплести замерзшую веревку одной рукой и зубами, чтобы, связав ее концы, ее хватило бы до спасателей. Как он это сделал..? Но он смог.
• Спасатели привязывают нормальную толстую веревку к этой тонкой, а так же крюки и молоток. И вот, казалось бы, ее нужно просто вытянуть, закрепить, и все, спасение. Но цепь, кажущихся фантастическими, невезений и не думает «обрываться». По мере подъема веревки спасатели понимают, что длины веревки не хватает. Не имея другого выхода, они привязывают дубовым узлом к ней вторую веревку.
• Тони, вытянув веревку, забив крюк, начинает спуск. Не имея возможности контролировать веревку второй рукой, он сделал то, что сделал бы любой здравомыслящий человек, встегнул веревку в карабин на нагрудной обвязке. И вот, спасатели уже видят, как он медленно переходит через карниз и медленно-медленно начинает дюльферять в отвисании, контролируя нижний конец веревки единственной рабочей рукой. Он видит и слышит спасателей. Остается десяток метров. И тут, его нижняя рука нащупывает тот самый узел. И он моментально понимает, в чем проблема. Узел не пройдет через карабин...

Страшно себе представить, что думает человек, переживший гибель товарищей, переживший ужасную холодную ночь на веревке, нашедший в себе силы подняться наверх, распутать веревку, и в итоге, оказавшийся висящим, абсолютно беспомощным на том же самом месте, вне досягаемости спасателей, и они уже совсем ничем не могут ему помочь. Он бился с этим злополучным узлом в течение нескольких часов, будучи на пределе человеческих физических возможностей, но так и не смог победить его. По словам спасателей, в какой-то момент, он больше не смог бороться, и, произнеся четким громким голосом: «я больше не могу», медленно умер.

Невероятно досадным фактом является еще и то, что у одного из спасателей изначально была достаточно длинная веревка, длины которой, хватило бы для спасения Тони Куртца, но он плохо закрепил ее на рюкзаке и она выпала, пока они траверсировали стену к месту, где висел Тони.

Трагедия Тони Куртца демонстрирует невероятную силу духа этого человека. Не взирая ни на что, на все нечеловеческие трудности того момента, он не сдавался, не сдавался ни на секунду. Он до самого конца верил, что сможет все это преодолеть. Но у него не получилось. Ужасно жаль. Он точно заслуживал того, чтобы спастись.

Те события снова поместили Северную стену на первые полосы европейских газет. Драма, развернувшаяся на глазах сотен наблюдателей, повергла общественность в шок. Швейцарские власти моментально ввели запрет на восхождения по Северной стене, но после нескольких судебных исков запрет был снят через четыре месяца.

В 1937 году Северная стена забрала жизни еще двух итальянских альпинистов, доведя счет до 8.

В 1938 году под стеной собралась элитная команда: немцы Андерл Хэкмайер и Людвиг Вог, австрийцы Фриц Каспарек и Хенрих Харрер. В один из моментов они приняли абсолютно верное решение объединить усилия и предпринимать попытку штурма как одна команда.

По сделанным во время восхождения фотографиям можно легко понять, что состояние маршрута и погода были далеки от идеала. Один из участников то ли потерял, то ли оставил кошки. Хэкмаер при одном из срывов «прилетел» в прямом смысле в ладони Вогу кошками, сильно поранив руки последнего. К счастью у Вога был пузырек амфетамина (сильный стимулятор центральной нервной системы), на котором было написано «максимум 10 капель». Вог находился в болевой агонии, поэтому Хэкмаер вылил ему в рот половину пузырька. А далее, со словами, что тоже очень хочется пить, выпил вторую. Восхождение продолжалось. Они пережили лавину. Пересидели шторм под открытым небом, находясь уже очень высоко на стене. И первое восхождение состоялось. На вершине стояли все четверо. Как писал Хэкмаер долгие годы спустя, будучи уже очень пожилым человеком: «Я благодарен, что тот шторм застал нас на стене, отрезав нам все пути к спасению. Мы должны были страдать, бороться, поскольку остался единственный путь – наверх. И этот путь того стоил». Это было великолепное достижение того времени.

Андерл Хэкмаер был самым опытным из команды.

Выдержки из его интереснейшей биографии можно найти на РИСКе. После восхождения вся команда единогласно признала его невероятный вклад в общий успех, поскольку он лидировал бОльшую часть маршрута, в дальнейшем названный его именем.
Рейнольд Месснер и Крис Бонингтон назвали его альпинистом ХХ-го века. После восхождения он был принят в ставке Гитлера и был удостоен приёма и личного общения с фюрером, желавшим взять его под опеку.

За отказ от такой «чести» Андерл был отправлен на самый горячий восточный фронт, на котором больше полугода никто не выживал.

После войны Хэкмаер организовал немецкий союз горных гидов, который до пенсии и возглавлял. Будучи 85-ти летним старцем, он всё ещё работал гидом и водил клиентов в горы. Он высмеивал здоровый образ жизни, употреблял алкоголь и курил сигары. Хорошо он делал или плохо, неизвестно, но скончался он в возрасте 98 лет.

Андерл Хэкмаер (здесь ему 93 года).

История восхождений на Северную стену Айгера насчитывает несчетное количество выдающихся достижений, чего с лихвой хватит для создания отдельной библиотеки. Сегодня Северная стена пройдена, кажется, по всем мыслимым и немыслимым маршрутам.

Но остается уникальной и продолжает привлекать альпинистов со всего мира.

Ее масштабы и могущество не перестают будоражить сознание.

Она может даже сниться по ночам.

Мечта, хотя бы прикоснуться к ней, отвлекает тебя в течение рабочего дня в офисе.

Имея геометрически уникальную вогнутую структуру, эта Стена словно магнит всасывает тебя в свои объятья.

Ты всматриваешься в рельеф в попытках найти «знакомые», изученные в книгах и путеводителях визуальные объекты, чтобы прокрутить в своей голове события тех времен.

И даже отработка маневров истребителями НАТО не может отлечь тебя от процесса.

Уходящие вверх следы – это продолжение маршрута Хэкмаера выше Штолленлоха. Именно отсюда начинается все самое интересное.

Но время отступить.

"...Никогда нельзя давать горам победить тебя. Я имею в виду не победу над тобой, а победу над твоей готовностью отступить. Знаешь, сколько раз я отступал? Только поэтому я сейчас жив. Нельзя давать амбициям одерживать победу над здравым разумом..." (Андерл Хэкмаер).

Автор: Филипп Лерман PhLe

Другие статьи автора: