Одиночное зимнее восхождение на Западный Эльбрус с запада через Утюг со спуском на юг. Январь 2018

Теги: Эльбрус | соло

06.02.2018

Наверно, я должен начать с предупреждений об опасности. Много написано о том, что зимой ходить опаснее, чем летом, а в одиночку – принципиально опаснее, чем группой – и это воистину так. Экспедиция, которая здесь описана, явно не достойна буквального повторения – так много было в ней напряжения и дискомфорта и так мало радости и красоты. И всё же рассказать о ней имеет смысл... Изначальная задумка, состоящая в полном траверсе массива Эльбруса со спуском в Ирикчат, к сожалению, не реализована. Стартовый вес был 39 кг, считая сам рюкзак, всю одежду и ботинки. Слишком много. Перегруз прошёл красной нитью через все тактические решения и в конечном счёте заставил свернуть с маршрута... На картах красным обозначен пройденный трек, пурпурным – разнообразные домашние заготовки. Интервал чёрной сетки 4 км, синей – 1 км. Треки и точки, а также карты и спутниковые снимки района в форматах OziExplorer, состряпанные при подготовке к экспедиции, можно скачать здесь.

30.12.2017. Вверх по долине Уллухурзук мне повезло подъехать попутным бортовым зилком, набитым большой командой симпатичной жизнерадостной молодёжи, едущей встречать в диких горах Новый год. Спасибо им! На полпути дорога кончилась, но меня с моим рюкзачиной продолжала поддерживать мощно набитая ими тропа.

Так добрели до тёплых нарзанов. Ребята обосновались на своей базе с печками и прочими благами цивилизации, а я проник в незакрытую кухоньку какой-то гостинички и аккуратно разложился там прямо на полу, нарекши кров сей Лагерем 1 (2600 м). Нигде не насвинячил. Очень устал. Тяжёлый рюкзак, снег, отсутствие походной адаптации и недосып.<.p>

31.12.2017. Одна из моих завиральных идей состоит в том, чтобы давать организму в горах отдыхать "от пуза". Можно считать это слабостью, если угодно. С ранними подъёмами вечная проблема – зато к ночным приключениям отношусь совершенно спокойно. Сова... Посему выйти удалось только под вечер. Сразу утонул в снегу, очередную порцию которого навалило минувшей ночью. Не без труда перешёл речную долинку и полез на гребень "динозаврика", примеченного ещё дома.

Каноническая тропа под маршрут проходит низами, но сейчас она наверняка заснежена и для одиночки труднопроходима – в отличие от этого продуваемого бесснежного гребешка, ведущего примерно туда же. Это была моя собственная идея, в интернете не встреченная – но есть, оказывается, полно честного турья, которое ходит ногами вместо того, чтоб висеть в сети – и гребешок оказался и протоптан тропами, и промаркирован туриками. Хорошо.

Переход с хвоста "динозаврика" на его широкую и пологую спину при отчаянном свете полной луны ознаменовался неожиданным усилением ветра до несуразных величин. Скажу сразу, что в этом походике я, к сожалению, не пользовался анемометром, хотя таскал его с собой – поэтому все цифры привожу только по ощущениям, основываясь на измерениях, сделанных раньше. Так вот, те порывы оцениваю в 35–40 м/с. С рюкзаком иногда уже роняет на пол. Трудно поставить ногу на выбранное место – её сдувает. Лыжные палки – тем более. Часто приходится стоять, переминаясь с ноги на ногу и с палки на палку, с трудом сопротивляясь сносу. Ветер и тяжёлый рюкзак (да ещё с большой парусностью) – взаимодополняющие факторы, приводящие к быстрому расходу сил. Очень способствуют также и снег, и "живые" осыпи – всё нарушающее ритм ходьбы. В этих условиях тяжёлый рюкзак становится труднопереносимой обузой...

К счастью, долго топать по спине рептилии мне не было нужды: по плану следовало этаким траверсочком спускаться с неё в распадок, где ветер, конечно, резко ослаб. По дну его летом течёт ручей, а сейчас всё завалено снегом с серьёзными надувами, за которыми я и укрыл от ветра свой Лагерь 2 (3280 м). Где и отпраздновал Новый Год глубоким храпом. Даже запасы аптечного спирта не пострадали совсем – настолько я вымотался...

01.01.2018. Новый год не порадовал хорошей погодой: хмурое низкое небо, под которым простёрлись унылые серые ландшафты, воистину похожие на рисунки сепией. Вдали замаячил уже и знаменитый Утюг, давший имя всему маршруту.

Я пробирался по местности, по возможности используя малоснежные гребни морен, что в общем удавалось. Ходовой день вышел коротким, поскольку выбор следующей ночёвки был не богат: либо на 3500 м на моренных полях, либо уже на седловине 3900, куда лезть на третий день я не решился. В результате Лагерь 3 (3510 м) поставил на классической подготовленной каменной площадке – которую вскоре завалило снегом.

02.01.2018. Где-то проглядывает солнышко, но под ним шустро носятся туда-сюда лохматые атмосферные неприятности. Утюг в дыму.

Начинаю подъём на седловину.

В отчётах пугают живой сыпухой. Правильно пугают, даже мало. Пора открыто признать, что маршрут через Утюг характеризуется аномально тягостными подходами: в интервале высот примерно 3600–4100 м преобладают осыпи типа "шаг вперёд – два назад", от которых хочется буквально лезть на стенку, и лазанье 1–2 категорий по заснеженным скалам не кажется слишком высокой платой за избавление от напасти, да только попадается редко...

Так что на седловину я вылез под вечер изрядно потрёпанным и ползти дальше уже не захотел.

Здесь располагаются классические многочисленные площадки для палаток, откуда регулярно кого-нибудь сдувает с последствиями различной тяжести. Мой умеренный оптимизм по поводу собственной судьбы был основан на специфике двускатной палатки, которая в случае чего оперативно лишается стоек и превращается в лежащий на земле мешок, не боящийся уже почти ничего. Да и площадку выбрал себе посолиднее: с высокими стенками и чуть вниз по склону – хотя бы не на самом юру. Так образовался Лагерь 4 (3910 м).

Ночью поддувало, но не опасно – никаких авралов не приключилось...

03.01.2018. Солнышко! Скорее ловлю возможность посушить спальник, для чего ничтоже сумняшеся задействую лежащие здесь зачем-то носилки. Суевериям и тяжким ассоциациям – отказать... Я бы тогда сильно взгрустнул, если б узнал, что первая возможность просушиться станет для меня в этой экспедиции и последней...

Дальнейший путь под Утюг.

И вдоль его подножия.

Живые осыпи продолжаются и очень затрудняют жизнь. Зато виды.

Появился в поле зрения ключевой ледопад маршрута и приметный нунатак, правее которого нужно к нему подбираться.

Ещё ближе. Очень жаль, что я тогда не знал о существовании отличной безопасной площадки на ледовой полке.

Лишь на следующий день увидел её сверху.

Других же толковых мест для лагеря в тех краях не нашлось. Склоны довольно круты и тверды – не вкопаешься. Всюду непривычные для зимы следы свежих ледовых обвалов. Страшновато. А лезть вверх – нужно задействовать технику, к чему я в тот день ещё не был готов. Да и устал опять изрядно на живых осыпях под тяжёлым рюкзаком. Медленно у меня всё... И я принял нехорошее решение, основанное на том, что со скал зимой якобы не сыплет. Знал же, что сыплет. Меньше, конечно, чем летом, во много раз меньше... Короче говоря, Лагерь 5 (4250 м) я сделал вот здесь.

На следующей картинке это место отмечено красным.

Площадку пришлось долго ровнять, буквально достраивая из снега. Дело опять затянулось до глубокой ночи, я опять очень утомился и был вынужден требовать у самого себя время для отдыха. Желательно днёвку...

04.01.2018. Спалось хорошо, и проснулся я очень поздно. Поразмыслив, согласился и на восстановительную днёвку, хоть сроки уже и начинали поджимать. Устал. Было даже тепло, поскольку где-то за тучами солнце, видимо, всё же существовало и аккумулировало на мне своё ИК-излучение посредством огромного рефлектора Утюга...

Когда учат бадминтонной подаче, говорят о такой работе кистью, при которой звук удара ракетки по волану выходит не "чпок" и не "шмяк", а звонким взрывным "ПОММ", напоминающим выстрел. Именно этот звук услышал я над своей головой, и справа от конька палатки появилась некая разреженность ткани, говорящая о том, что удар отражён, но на пределе возможностей защитной системы. Секунд через пять то же произошло и слева от конька. Примерно на уровне печени. Мне стало грустно: затея моя оказалась не лишена недостатков.

Забавно, что даже это не заставило меня выйти на маршрут – настолько я уже привык к мысли о грядущем отдыхе. Но вот это самое время "солнышко сквозь тучки" мне захотелось провести в каком-то другом месте. Я напялил на себя всю технику и налегке пошёл разведывать ключ – благо не далеко.

Правее нунатака обнаружились две идущие влево-вверх старые верёвки, изрядно вмороженные в лёд. Вдоволь наразвлекавшись с их размораживанием, я получил стационарные перила, ведущие на язык ледника под ключевой участок. Оттуда огляделся. Несмотря на стандартно-отвратительную погоду, ключ всё же неплохо просматривался. Очень много льда, большей частью зелёного. Правый вариант весь во льду – из-за чего был сразу же отвергнут: слишком много перилить. Левый тоже оказался сложнее и длиннее, чем я ожидал. Туда вела ещё одна вмороженная верёвка, обихаживать которую смысла уже не было, ибо она худо-бедно обходилась по фирну.

В целом впечатление осталось довольно тягостным, и "домой" под обстрел я возвращался в расстроенных чувствах.

05.01.2018. Люди погодозависимы. Чуть поманили солнцем – и можно уже идти совершать бессмертные подвиги во славу его. А тут ещё и картинку показали редкую: ложное солнышко на облаке снежной пыли от небольшой лавинки. Я по-прежнему лезу вверх.

Следующее фото не моё. Его предоставил george123 в полезнейших комментариях к теме. Это ключ "утюжного" маршрута, снятый в августе 2017 г. с большого расстояния телевиком – с такого ракурса, что позволяет увидеть его весь сразу. Чёрные точки – это люди. Свои перила и Лагерь 6 я отметил красным.

А так видел его я – снизу вверх.

Верёвки начал вешать уже здесь, на фирне. Ибо крутовато. Старые отпечатки верёвок стали для меня последними виденными человеческими следами до самой вершины. Выше всё выглядело так, будто людей в мире вообще нет. У зимы есть свои достоинства...

И вот – ура! – гостеприимная снежная мульда под ледовым навесом – идеальное место для лагеря.

Палатка стоит здесь "для мебели", поставленная на всякий случай. Жил же я в небольшой пещерке, откопанной в гигантском снежном надуве. То был Лагерь 6 (4520 м).

Вход я поначалу просто затянул красной тряпкой.

Из-за чего внутри возникла феерическая цветовая ситуация.

06.01.2018. Лихо сказка сказывается. А на самом деле пещеру я копал почти до утра. Очень твёрдый фирн был в надуве том. Ковырялся он только стальной пилой с победитовым зубом, а алюминиевая снежная лопата его не брала. Это почти как в дереве пещеру себе выпиливать. Тяжко. Не надо было, наверно, тратить на неё столько сил, да опять пошёл интенсивный снег, от которого очень хотелось спрятаться куда поглубже. В результате – очередная усталая днёвка. Конечно, очень комфортная. Из снежных хижин и выходить не хочется – настолько там хорошо. Разве что видами полюбоваться...

07.01.2018. Ну, наконец пошли дальше.

Последний разрыв, самый крупный, можно было перейти по двум мостам, из которых я выбрал правый.

Возникло ощущение, что оба они могут не дожить до лета, и тогда ситуация станет здесь затейливой. А сейчас последняя стенка по пояс – и бескрайние снежные поля до самой вершины, которая уже манит своей прямой видимостью.

На Западном плато – все мысли только о создании надёжного укрытия. "Вдует – сдохнешь". Шоковым оказалось открытие, что в выбранном месте на 4630 м, хоть и вполне ровном, слишком мало фирна, чтобы говорить о каком-либо строительстве. Почти голый лёд. И выше – не лучше. Вспомнил, что проходил через более снежные места, и решил спускаться. Смеркалось. Уже в свете фонарика почти случайно набрёл на небольшое месторождение подходящего фирнового материала и с ожесточением взялся за строительство Лагеря 7 (4580 м).

Решил строить иглу из вертикальных блоков, вынутых из круглой ямы диаметром 2.3 м, вокруг которой и выкладывать их куполом. Недостающие добывать из ямы перед входом. Казалось бы, отличная схема – без лишней работы – но и недостатков у неё хватает. Главные – в том, что блоки выходят мелковатые, а качество снега оставляет желать лучшего. Вон какое всё слоистое.

Строительство затянулось до утра. А ветер помаленьку крепчал. Уже выложив свод и забивая щели, я совершил ужасную ошибку: наступил на один из нижних блоков. Тот вывалился внутрь иглу. И соседний тоже. Если б хижина рухнула вся, то я не уверен, что мне хватило бы сил на её восстановление. Однако она только покосилась, и я с замиранием сердца всё же смог подпереть прореху новыми блоками, а тогда уже законопатить всё от души. Пронесло. Очередная днёвка после таких ночных бдений была неизбежна...

08.01.2018. Этот день я полностью проспал. И следующую ночь тоже. Организм настоятельно требовал.

09.01.2018. Продолжаю отдыхать в комфорте, граничащем с сибаритством. Выгнать себя на маршрут не могу.

На улице сильно дует. На ноги спальника из неприметных щелей наметает снежную пыль. Борьба с ней до умиления напоминает какие-то совсем домашние бытовые хлопоты вроде заклейки окон. И спать, спать...

10.01.2018. Занялся погожий рассвет.

Нужно скорей-скорей бежать позировать, пока не сработал автоспуск фотомыльницы.

Температура около –23°C. И сильно холоднее, кстати, не было. Кажется, зарегистрированный минимум был около –27°C. Хотя я очень уж сильно в эти измерения не влезал. Но никаких –50, которыми иногда пугают, не было и в помине. Даже жаль...

Иглу выглядит очень маленьким. Не знаю, почему так. Может, из-за таящейся под ним полуметровой ямы. Во всяком случае простор там, внутри, был даже избыточным: часть площади занимала дикая неустроенная "тундра".

К тому моменту я со своей медлительностью уже съел все резервные дни и попал в жёсткий цейтнот. По плану я должен был бы теперь идти налегке строить лагерь в районе 5200, а заодно и акклиматизироваться "пилой". Однако я теперь потерял уверенность, что на той высоте можно сейчас куда-либо вкопаться, а акклиматизацию после пяти ночёвок на 4500 уже можно считать более-менее достаточной для любых мероприятий на Эльбрусе. Хорошая погода побудила меня сделать отчаянный рывок, чтобы разом вылезти из всех временны́х долгов. Я решил за один день дойти до вершинного плато и переночевать там. Если б хоть немного повезло, я бы так и сделал... Шлось легко и быстро. На первом же привале от избытка чувств отснял вот эту широкоохватную панораму. Как оказалось, последнюю...

Кряк!.. Найдите десять отличий. Да хотя бы и одно...

Поломка кошки радикально изменила ситуацию, лишив меня хода. И так я привязывал обломок к ноге, и эдак – как мартышка и очки. Подержится сколько-то и отваливается. В спокойной обстановке можно было бы что-то придумать – но не на продуваемом склоне. Много времени потратил на изобретательство. Подморозил пальцы рук. И вынужден был ставить правую ногу особым образом, чтоб верёвочки разбалтывались не так быстро. Пока идёт пологий фирн, кошки особо не нужны. Но так же будет не всегда...

Взгляд на север, в район Балкбаши. А дальше внизу там и снега-то, похоже, нет...

Высота около 5000. Здесь я пытался показать наросшие на дыхательной маске сосульки. Вышло плоховато. Зато хорошо видны щели между маской и очками. А я думал, там всё плотненько...

Погода кончилась резко. Дуло-то и раньше довольно сильно, но теперь начало мести. Установилась классическая "эльбрусская непогода": ветер порывами около 40 м/с периодически валит с ног, переметаемый мелкий снег режет открытую кожу и мгновенно забивается в любые найденные щели, воздух перенасыщен влагой, непрерывно оседающей на всём прочной "сахарной пудрой". Видимость – несколько десятков метров: "белая мгла". Соответственно, резко увеличились и затраты сил на ходьбу, и трудности перевязки кошачьего обломка. Стало ясно, что до вершины я так не дойду. Вкопаться на каменистых гребнях никуда невозможно. Поставленную палатку этим ветром однозначно порвёт... Можно было спуститься обратно в иглу – оно для того и осталось там стоять, чтобы служить страховкой и резервным укрытием. Но очень жалко терять с таким трудом набранную высоту. А время поджимает. А спускаться по пути подъёма – да без кошки – теперь уже очень трудно – уж проще ломиться вверх, и плевать на торпеды... И я принял странное решение добровольно устроить себе нечто вроде холодной ночёвки.

Тут очень кстати подвернулась относительно ровная площадка – ну, с камнями, конечно же, но хотя бы примерно горизонтальная – и я решил, что здесь у нас и будет Лагерь 8 (5310 м). Привязал палатку к хорошему камню одной только коньковой оттяжкой, чтоб не улетела сразу, расстегнул подветренный вход, затолкал в бешено бьющийся мешок свой тяжеленный рюкзак, залез туда сам, застегнулся и принялся обживать скудное пространство. Расстелил коврики, вынул спальник и накрылся им, не раздеваясь. Какую-то шмотку положил под голову, а рюкзак затолкал в самый наветренный угол, чтоб хоть как-то экранировал. После чего подоткнул под себя палатку со всех сторон, дабы поменьше хлопала, скорчился и попытался спать.

Как ни странно, это получилось, и в перерывах между приступами настороженного вслушивания в рёв ветра у меня той ночью набралось вполне приличное количество часов почти настоящего сна. Главная проблема была с водой: её не было. Почти. Во внутренних карманах я всегда таскаю одну или две полулитровые фляжки с питьём, и во время ходового дня почти никогда их не выпиваю. В этот раз фляжка была одна – и это всё, на что я мог рассчитывать. Если к утру непогода уймётся, то можно будет натопить сколько угодно, а пока – только это.

11.01.2018. Непогода не унялась. Моё "пингвинье гнездо" поутру выглядело так.

Пришлось обойтись без готовки, скомкать вещи в рюкзак и ползти дальше как придётся – всё под тем же ветром, снегом и без видимости. Темп ужасающе низкий, расход сил огромный...

Когда говорят "тут у меня сдох навигатор", это, как правило, означает, что сдохли мозги его оператора. Так случилось и со мной. Уже под вечер я оказался перед скальным бастионом, который не знал как обходить – справа или слева – а "навигатор сдох". То есть у него просто-напросто сели батарейки, а при их замене я упорно пытался поставить заднюю крышку вверх ногами и сильно удивлялся, что она не закрывается. Решил, что что-то там заледенело, и надо отогревать. Бывают заскоки – ничего не поделаешь. В подобных условиях мало кто может похвастаться ясностью мысли...

Другой аспект ситуации заключался в том, что ветер, кажется, даже ещё усиливался, и вылезать на вершинное плато, где он заведомо сильнее, на ночь глядя и в измотанном состоянии показалось мне рискованным. Третий аспект подкинула природа, неожиданно подарив мне шикарную по здешним меркам площадку: не только ровную, но даже и как бы немного защищённую от ветра здоровенным камнем. И я решился на вторую эрзац-ночёвку, организованную точно так же, как и первая. Так родился сюрреалистический Лагерь 9 на высоте 5550 м, за сто метров до вершины.

На этот раз площадка позволила мне готовку. Я сел, подперев потолок головой и подобрав складки трепещущей палатки под растопыренные по сторонам ноги. Передо мной образовался пузырь, где можно было оперировать примусом без серьёзного риска всё пожечь. Попить после суточного перерыва – это удовольствие дорогого стоит...

12.01.2018. Погода всё та же. Лагерь выглядел так.

Я собрался и полез дальше. Навигатор "починил" – обходить скалу надо слева. Заложив этакий виток спирали, довольно скоро достиг вершины. Сфотографировать её не вышло, поскольку объектив фотоаппарата заледенел, а размораживать его мне не захотелось. В конце концов, фотографий этого места у меня скопилось уже порядочно. Строить иглу на вершинном плато, если честно, мне не достало моральных сил. Да и времени тоже. Вообще-то у меня завтра поезд. Можно, конечно, поехать на другом, но есть же ещё и работа. На сколько дней на неё опоздать? На один-два, но не на неделю же. А сколько я такими темпами провожусь с окончанием маршрута?.. Вот тогда я и решил спускаться на юг: восточный вариант в сложившихся условиях – цейтнот, непогода и сломанная кошка – стал для меня уже недостижимым. Я начал спускаться на Седло в хижину.

Задувало очень крепко. Тропу-дорогу во многих местах перемело, и без навигатора держать хотя бы примерное направление было бы тяжко. Спускаться решил напрямик, как делал в прошлом октябре – тогда это было несложно. Теперь же на перегибе, где ветер всегда сильнее всего, меня для начала швырнуло как тряпку порывом силой более 50 м/с, после чего выяснилось, что довольно крутой склон, ведущий оттуда на Седло, местами заледенел на выносах небольших старых осовов, и без кошки – которая в очередной раз соскочила с ноги – там придётся немного полетать. Зарубился. Но немного побил об лёд пальцы рук. И дальнейший спуск в "однокошечном" варианте запомню надолго...

Долго ли, коротко ли, добрался я до хижины – исключительно по навигатору, увидав её только что не в упор. Рядом две площадки под палатки, густо усыпанные разноцветными клочками тряпок. Очень мелкими клочками. Как бы в назидание, что ли... В хижине с прошлого года изменилось мало. Разве что внешняя дверь утратила плотность прилегания, и теперь в тамбур наметает снег. Внутри пока всё живое. Повоевав немного со снегом, в изнеможении прилёг. Укатали Сивку...

13.01.2018. Хочется успеть на поезд. Встал очень рано, но всё возился и возился то с одним, то с другим. Поймал себя на мысли, что выходить я боюсь. Очень сильно дует и прямо в лицо. Дождался рассвета. Тесты показали, что в очках я ходить не могу: их сразу забивает снегом. А без них сильно режет лицо встречным ветром. Ничего не поделаешь – пошёл без очков, прикрываясь, как мог, капюшонами.

На Косой полке ветер, как водится, ослаб и зашёл справа. Всё полегче. Но впереди главное испытание – лёд. На "зеркале" выше скал Пастухова он и начался. Ледово-фирновая чересполосица, имеющая вид языков, направленных сверху вниз. Без видимости никак нельзя понять, куда идти, чтобы всё время "по белому". Трек не помогал: во многих местах он и сам был ледяным. Какие-то странные тропы упорно уводили влево, где оказывалось плохо, и нужно было пробиваться к треку опять. Кошку я в хижине присобачил, как мне казалось, очень надёжно, но она таки нашла способ слететь, и мучения с ней начались с начала.

До скал Пастухова мне каким-то чудом удалось почти не выходить на лёд, но вот ниже стало неожиданно плохо, и одной из паразитных троп удалось увести меня влево так далеко, что я оказался аж за начавшейся тем временем скальной грядой. Осознав это, я хотел было перебираться через неё траверсом без набора высоты, но был напуган изобилием трещин и полез прямо на скалы с набором около 40 м – лишь бы безопасно вернуться на дорогу, какой бы она там ни была.

Техника на этом кончилась. Дальше была только борьба с километрами, временами тропёжкой чуть ли не по пояс, ветром, продолжающим резать лицо, и всё сильнее болящими ногами, которые я явно и сильно убивал. В результате на канатку я опоздал – и на поезд, соответственно, тоже. Людей по дороге не видел – ни единого человека до самой канатки, где сидели в своём стеклянном аквариуме трое охранников – или кто они там есть...

14.01.2018. Канатка начала работать около 8 утра. Я сел и спустился в Азау.

Это всё. Дальше – такси, Нальчик, новый билет на поезд и всё в таком духе.

Коротко о важнейшем снаряжении

Ботинки Millet Everest Summit GTX 2016 года выпуска. Использовал в трёх мероприятиях. Ноги практически не мёрзнут – холод лишь иногда чуть-чуть как бы подкрадывается издалека, но об обморожениях в условиях зимнего Эльбруса нет даже речи. Ходить более-менее удобно, хотя на спусках мне немного подминают ноги – особенно левую. Нормально держат на передних зубьях. В этот раз я дважды подряд в них спал – то есть не снимал с ног двое с половиной суток. И ничего – ноги живы – "окопной болезни" не случилось... "Но примешь ты смерть от коня своего." На спуске с Седла к канатке я, как потом выяснилось, сбил себе большие пальцы на обеих ногах с такой силой, как никогда в жизни. Пальцы онемели и потеряли более половины кожи. Почему так произошло, не знаю. Может быть, что-то в ботинках пропиталось водой, замёрзло и стало жёстким. Может, я просто плохо их зашнуровал и упустил этот момент в постоянной борьбе со слетающей кошкой. Как бы то ни было, результат вышел совсем печальный...

Кошки конструкции Виктора Николаева, малая партия которых произведена советской промышленностью в конце 80-х годов под технологическим контролем автора – блестящего инженера-конструктора. Совершенный инструмент, уверенно работавший и на перемороженных льдах зимнего пика Ленина, и на скальных крутяках Важи Пшавелы. Но – давно. А теперь на ровном месте одна из пластин сломалась по отверстию крепления передней дужки. Видимо, предостережения о старении металла – не пустой звук. Очень жаль...

Палатка Red Fox Light Fox V2. Двускатная, однослойная, тупого треугольного сечения. Весила 1 кг, ставилась на лыжных палках. Аскетичная и неудобная, но прочная и очень надёжная. И недорогая, к тому же. В этой экспедиции она поработала за пределом возможностей. Сначала отразила пару мелких, но шустрых камней, потом две ночи, лёжа на скалах, бешено полоскалась складками на ураганном ветру. Этого она не перенесла: покрылась сетью маленьких дырочек. Земля ей пухом.

Навигатор Endura Lowrance. Противоударный и непромокаемый, работающий на двух батарейках AA, управляемый Windows CE, способный нести OziExplorer, которым я и пользуюсь. У него бывают некоторые глюки, но за два года, что я с ним нянчусь, вроде изучил их все, и надёжность прибора можно считать практически полной. Батарейки на морозе – только литиевые. Проблема одна – собственные старые глаза, которые в сложных условиях на маленьком дисплее уже мало что видят. Но от этого никуда не уйдёшь... Ещё один момент. Как и любой современный навигатор, учитывающий отражённые сигналы, Endura дуреет вблизи больших вертикальных поверхностей. Вот и под Утюгом она мне ничего путного не нарисовала.

Еда. По опыту недавних походов я знал, что есть мне в них теперь почти не требуется. Раскладку взял около 250 г/день, но и из этого выбросил около трети в первые же дни, да ещё и домой кое-что привёз. Реально съедено около 100 г/день, не больше. Многие уже писали, что примерно после 45 лет организм под серьёзными нагрузками предпочитает расщеплять собственный жир, нежели заниматься пищеварением. Подтверждаю. Это воспринимается нормально, без мучений. Лично я теперь могу смело закладывать практически голодные экспедиции. Что удобно. Бензина взял три литра и один из них скоро выбросил. Около 300 мл оставил в хижине на Седле. Итого расход меньше, чем 1 литр в неделю...

Рукавицы. Основной у меня считалась комбинация виндблоковых перчаток от RedFox и старых-престарых огромных рукавиц, набитых древней синтетической ваткой. Всё было хорошо, пока я их не "упустил": они промокли на строительстве иглу до такой степени, что сушить их уже не захотелось, и они так и приехали домой ледяными блинами. Ошибка, конечно: надо было сушить. Всё потому, что был запасной вариант – рукавицы BASK Brooks, и я малодушно перешёл на них, хотя были они мне маловаты (XL), и перчатки в них не помещались. Они мембранные, и это оказалось неожиданно актуально. Извне они действительно не мокли, да и засунутые в них мокрые руки быстро отогревались и подсыхали. Но без перчаток – не жизнь. Особенно когда нужно часто оголять руки, чтобы в очередной раз привязать к ботинку обломок злосчастной кошки. А в раструбы рукавиц тем временем наметает снег. В результате, на уровне стягивающей резинки внутри рукавиц всё заледенело. Вышло так, что на правой руке было что-то не в порядке с манжетой пуховки, и я совершенно неожиданно и незаметно получил обширное обморожение правого запястья как минимум второй степени, с которым потом долго мучился. Мораль. Обязательно комбинировать перчатки и огромные свободные толстые синтетические рукавицы с мембраной. Где бы ещё такие взять?..

Маска и очки. Я использую сильно переделанную дыхательную маску от teplomaska.ru. В отличие от обычных "балаклав", в ней осознанно и целенаправленно использован принцип теплообмена на пористых материалах, пропитанных выдыхаемой водой, играющей роль теплоносителя. Правда, принцип этот замаскирован там болтовнёй о "нанотехнологиях", но главное ведь, чтоб работало. Переделанная маска с основной функцией справляется безукоризненно, но очень важно её взаимодействие с очками. Очки использую обычные горнолыжные, довольно крупные. Когда надето то и другое, ни клочка голой кожи оставаться, по идее, не должно. И это работает на любом морозе и ветру – если только нет переметаемого снега (А). Если же сильно метёт, то очки то ли запотевают, то ли забиваются изнутри снегом – словом, становятся непрозрачными, и их приходится снимать. Тогда в условиях эльбрусской высокой влажности начинают обмерзать брови и ресницы (Б). В этой экспедиции я слегка подморозил себе лицо (В). Переносица пострадала от моих же переделок маски: мягкий уплотнительный валик после нескольких дней носки превратился в ледяную колбасу и заморозил мне нос. Скулы посечены метелью и пострадали больше от механических воздействий, нежели от термических. Веки тоже потёрты постоянными попытками убрать лёд с ресниц. Мораль такая. Для холодных горных мероприятий нужна безотказная система маска–очки, которая никогда не потеет и не забивается. Как её сделать, я не знаю.

Автор: Алексей Б.