Семитысячник для чайников

Разбираю архивы. Много неоконченных рассказов, есть даже неначатые. Для карантина сойдет. Серия "Семитысячник для чайников".

Зайти на семитысячник способен любой дурак. Можете мне верить - я там бывал неоднократно. Как получить хорошую акклиматизацию, не умереть от горной болезни и не унести в могилу кучу потраченных на это веселое приключение денег, начинающим альпинистам обычно рассказывают гиды — сильные и опытные профессионалы своего дела. Беда в том, что сами они, зачастую, знают про горную болезнь только понаслышке. Потому что мутанты. В их ДНК есть нечто, позволяющее неприлично долго обходиться без воздуха, температуры и еды. Общаясь с такими профессионалами, полезно иметь под рукой осиновый ледоруб. Побочный эффект, про который мне рассказывали друзья — они очень нравятся женщинам. Высокогорные мутанты взлетают на вершину за три часа, унижая обычных восходителей, мучительно долго несущих свое тщеславие к заветной точке. Думаю, они продали душу, или что там у них есть, за возможность порхать над простыми смертными и плевать на них сверху.

Кто у нас из высотников самый опытный? Наверное, Коршунов. Последний раз он болел на высоте когда не то что вы, а даже ваши родители не появились на свет. О чем он может рассказать, даже если что-нибудь вспомнит? Или Тотмянин. Этого даже другие мутанты боятся. Допускаю, что он тоже способен страдать в горах, но давайте откровенно: если Тотмянин занемог на высоте сегодня, значит все остальные умерли позавчера. Хотите, чтобы он рассказал про первый раз в горах?

Другое дело я. Я один из вас, поэтому слушать надо меня. Я дохлый и всегда таким был. На многочисленных кроссах я постоянно оказывался в тройке призеров с другой стороны. Продолжительность перехода команды из точки А в точку Б друзья оценивали по моему темпу. Всю жизнь я просыпаюсь и живу с пульсом 80 и небольшим округлым изъяном в фигуре, с которого ноутбук скатывается на диван. Тем не менее, с помощью этого изъяна и способностью дышать десять раз на один шаг, я залез на несколько семитысячников, а на паре из них даже поработал гидом. Поэтому мои советы — это то, что вам нужно, даже если вы думаете, что к первому предложению этого рассказа не имеете никакого отношения.

Учили меня высотному альпинизму Обиход, Легкий и Николаев. Это фамилии. Первые два — стопроцентные мутанты, исчезавшие за горизонтом раньше, чем успевали что-то сказать, а Николаев — человек. Здоровее меня, конечно, но не в разы.

- Олег, - торопил его я, стоя под рюкзаком и роя землю копытом, - Сколько можно завязывать шнурки?! Уже все ушли! Вообще все! Петров, Обиход и Яночкин — уже час как. Остальные, чтобы их догнать, убежали три часа назад. А ты все вяжешь и вяжешь!

- Не торопись, мой юный неопытный друг, - отвечал Олег, приложив ладонь к глазам и глядя на сверкающую бриллиантами вершину. В его фигуре, в его расслабленной позе была видна уверенность, свойственная сильным, цельным личностям, знающим себе цену и наделенным той природной мудростью, которая вызывает неподдельное уважение у окружающих.

(Это написано специально для Олега, его семьи и друзей. Я не знаю, как сделать, чтобы он это видел, а все остальные нет. Просто пропускайте этот абзац и читайте дальше).

- Ты достал своими шнурками! - огрызнулся Олег, тупо разглядывая ботинки. Выпрямившись, он плюнул в чахлый эдельвейс и не попал. Докурил, бросил окурок в ближайший семитысячник и не добросил. Посмотрел на меня и сделал вид, что так и было задумано.

- Ну вот, - сказал он нецензурно, - Теперь можно идти. Что ты вообще суетишься? Ты хочешь догнать Петрова, Обихода или Яночкина? Серьезно?! Нет, мы пойдем другим путем. Медленно-медленно, почти стоя на месте, и будем идти очень долго, но зато дойдем. А тех, кто побежал, мы обгоним, даже если не сдвинемся с места, потому что завтра они вернутся с тяжелой головой и легким желудком, облюют все вокруг и будут тихо проклинать день, когда решили заняться высотным альпинизмом. Потому что дураки. А мы умные. Поэтому будем делать то же самое, но на километр выше.

Фото: Денис Урубко

Так я уяснил главное правило высотного альпинизма: не торопиться. Забудьте, кто вы там внизу: огнегривый лев, вол, исполненный очей, рогатый олень или тупая курица. Отныне вы ленивец. Вы должны двигаться, как ленивец, думать, как ленивец и выглядеть, как ленивец. Все делать плавно и неторопливо. Нельзя бегать и прыгать, нельзя резко вставать, резко садиться, резко поворачиваться. Тяжести не поднимать. За упавшей вещью не нагибаться. Подождать несколько минут и если она не подпрыгнет сама, лечь рядом. Скорость передвижения должна быть такой, чтобы вернувшись с завтрака, пора было разворачиваться и идти на обед. В туалет выходить сильно заранее, можно накануне. На всякие “акклиматизационные выходы” собираться долго, идти медленно. Если говорят “обычно, здесь ходят три часа”, идите шесть или восемь. Потому что вы — ленивец.

Почему нельзя приехать и сразу идти на вершину? Если коротко: не получится. Вы приехали не один, а привезли с собой вечного спутника — организм. Существо он простое, если не сказать примитивное. Поесть, поспать, почесаться и исполнить еще два-три физиологических действия — все, что ему нужно. Брести по колено в снегу под палящим солнцем, практически не дыша, никак не входит в короткий список его желаний. Если он узнает, во что вы его хотите втянуть, он тут же упадет в обморок. В буквальном смысле. Ваша задача — отсрочить этот момент хотя бы до вершины. К счастью, организм туп и его легко обмануть. Двигаясь медленно, вы заставите его поверить, что не происходит ничего необычного. Голова кружится? Так это от окружающей красоты. Пульс участился? Это я думаю о приятном. Подташнивает? Съел что-нибудь. И так далее. Чтобы не бухтел, можно почесать его за ушком — он это любит.

Но если встал со стула и сердце застучало, как дизель, а в голове появился вертолет, то даже самый тупой организм может что-то заподозрить и взбунтоваться. Например, лечь и больше не встать, объявить голодовку или спрятаться в туалете. Тогда все — прощай мечта, прощайте горы. Чемодан — вокзал — обыденность. Если коротко: “Тише едешь, дальше будешь” - самая полезная пословица в высоких горах после “Время — деньги”.

Второе правило акклиматизации — вы должны быть не простым ленивцем, а активным ленивцем. Это не значит двигаться быстро, это значит — двигаться всегда. Типичная ошибка начинающих высотников во время акклиматизации — прийти и лечь. Самое естественное действие после тяжелого многочасового перехода оказывается самым ошибочным. Ложиться можно, но только чтобы спать. Лежать днем нельзя. Пришли в высотный лагерь, посидели, отдохнули, попили-поели — вставайте и что-нибудь делайте. Хорошо подняться на сотню-другую метров выше палаток. Это лучшее, что можно сделать на акклиматизации. Нельзя идти выше — облагораживайте лагерь, стройте защитные стенки, слоняйтесь кругами, таскайте камни, как Сизиф, только не лежите. Нужно нагрузить организм так, чтобы он моментально отрубился в горизонтальном положении. Лег — уснул. Если он лежит, но не спит, то начинает прислушиваться к себе и задавать вопросы типа, почему я лежу, а мне все хуже и хуже? И несмотря на то, что из вас двоих мозги есть только у одного, вы не сможете ответить на этот вопрос.

...Спустя несколько дней ваши легкие научатся выхватывать из воздуха редкие молекулы кислорода, не сожранные гидами-мутантами, красные кровяные тельца вырастут до размера теннисного мяча, из ушей уйдет шум и придет чей-то предательский шепот: “Выпить хочешь?” Вот теперь вы готовы идти на вершину.

Про то, как вести себя на восхождении, я расскажу на следующем карантине.

Автор: Владимир Стеценко