Только дождись. Операция по спасению Александра Гукова завершена успешно

31.07.2018 Операция по спасению Александра Гукова завершена успешно. Измождённого альпиниста доставили в госпиталь и теперь уже, не боясь сглазить, выдыхают: «Чудо».


Александр Гуков//Анна Пиунова/Facebook.com

Александр Гуков был заперт на горе Латок-1 с 25 июля. Половинка «Сникерса», немного газа для горелки, втиснутая в снежный «гроб» ярко-оранжевая палатка и редкие sms на умирающий коммуникатор: «Жди, пожалуйста, жди. Тебя спасут». Вертолёт безуспешно пытался подобраться к нужной высоте семь дней. Погода не позволяла, но вылетали всё равно – лишь бы Саша слышал турбины и не впадал в отчаяние. Последним сообщением улетела инструкция. И даже в скупые 160 знаков втиснули «Спасём». Навстречу тросу он выползал сорок минут, но сделал это сам.


Место, где находился Гуков//Анна Пиунова/Facebook.com

«Бросаем вещи. Еды берём на пять дней»

Экспедиция на Латок-1 стартовала 29 июня. Российская двойка из Александра Гукова из Петербурга и Сергея Глазунова из Иркутска собиралась добраться до вершины по северному ребру. Так высоту в 7145 м ещё никто не брал, хотя попыток были десятки. Выше всех поднялись американцы в 1978 году, но из-за болезни одного из членов команды преодолеть оставшиеся до вершины 145 метров не смогли.

«Острый нож из снежных сераков, идти по которому совершенно unreal», – писал Гуков в августе прошлого года после первого штурма с севера. Дошли до высоты в 6800 м. Попытка стоила его напарникам пальцев. Тогда в команде были ещё двое петербуржцев – Валерий Шамало и Антон Кашевник.

«Латок-1 по северному гребню реален. Сложный и изнурительный, но реальный. И, что самое главное, он безопасен», – подвёл итог Гуков.

В этот раз предполагалась также тройка и новый фильм о покорении непокорённого. В последний момент брат Сергея Глазунова Евгений не смог поехать, но от штурма не отказались.

После положенной акклиматизации из базового лагеря вышли 15 июля, практически одновременно с другой командой, в которую входил Виктор Коваль. Позже именно он будет координировать работу спасателей под стеной. Тогда же собирался идти по центру стены. Всё тяжелое оставили в лагере, еды взяли из расчёта на пять дней. Обе команды сохраняли визуальный контакт, держали связь с координаторами.

Гуков и Глазунов были немногословны – аккумулятор садился, но сообщения поначалу слали регулярно: «Всё ок. Погода хорошая». «Всё в порядке. На ночёвке».

«Серёга улетел. Вишу на стене без снаряги. Меня нужно эвакуировать»

22 июля Гуков и Глазунов вышли на штурм вершины. Вторая команда спустилась в базовый лагерь. Аномально высокая температура добавляла проблем: лёд таял, закрепиться удавалось с трудом, участились камнепады. Под один из них и угодила тройка. На следующий день погода испортилась окончательно.

«Подошли под стену, где спуск, видимость до 6500-6600. Смотрели в бинокль – никого!» – отчитывался Виктор Коваль. Он же вместе с командой заказал облёт. С вертолёта двойку удалось заметить: 25 июля ребята медленно спускались на высоте в 6700 м. Тогда же им удалось скинуть еду и газ.

Через несколько часов подруга Александра Гукова и координатор экспедиции Анна Пиунова получила то самое сообщение. Напарник сорвался со стены вместе с продуктами, верёвками и частью газа для горелки. Это же сообщение прочитала жена Гукова Юлия.

«Она молодец, очень стойкая. Только в тот момент сорвалась и в слезах позвонила мне с вопросом, что же теперь делать. Но потом взяла себя в руки и держалась», – рассказала «Фонтанке» Анна Пиунова. Все последующие сообщения от Саши читали вместе.

«Там нет сотового покрытия. Связь держали через коммуникатор «Иридиум360 Рокстар». Сообщения сначала могли читать несколько человек, но аккумулятор садился. Если бы не оператор, мы бы ничего не смогли. Он сам вышел на нас и отключил всё, чтобы процент зарядки растянуть», – уточняет Анна.

В её рассказе много таких «если бы». Особо выделяет помощь российского посольства в Пакистане. Участок считается зоной боевых действий между Пакистаном и Индией, любые действия должны контролироваться минобороны Пакистана. Российские дипломаты, говорит Анна, проблему решили очень быстро. Единственным препятствием оставалась погода. Из-за облачности, ветра и не прекращающегося снегопада вертолёты не только не могли подойти к нужной высоте, чтобы спустить спасительный трос, но и забросить продукты и газ.

Пока он оставался, Александр ещё мог растопить снег. Из еды нашлась только половина шоколадного батончика. После пришлось спасаться снегом. Он смог примостить палатку на уступе, укрепить её снежным «гробом» и начал ждать.

«Сколько ещё? Когда вы прилетите? Меня никто не спасает», – писал он, хотя наверняка понимал, что погода не даёт.

«Вертолёты на старте. Ждём погодного окна», – рапортовали спасатели. Его всё не было, как не было возможности забрать замеченное у подножия стены тело разбившегося Сергея Глазунова.

«Через пару дней помру тут на камешке», – написал Гуков ещё в начале своего недельного плена, но продолжал выполнять рекомендации.

«Лечь в палатку и делать массаж, ждать. Что ещё можно было написать? Ждать и не терять надежду», – делится Анна.

Усугубляла ожидание и пропавшая связь. О последней возможности написать предупредил оператор. Правда, особой уверенности, что сообщение найдет адресата, не было.

«Я сразу к пилотам – что писать? Там же всего 160 знаков можно. Представляете, как расписывали, что делать, когда прилетят вертолёты? Уложились. И я всё-таки добавила, что не одна попытка будет. Только бы он не отчаивался», – с дрожью в голосе вспоминает Анна.

«Не забудь выщелкнуться!»

Надежду вселяли вертолёты. В лагере уверены, что Саша даже при нулевой видимости и сквозь пелену снега слышал их гул. Приблизиться по-прежнему не могли. Сложность была ещё и в отсутствии в Пакистане специалистов, которые могли управляться с лонглайном – длинным тросом, которым решили вытягивать Александра.

Накануне из Шереметьево вылетели российские пилоты, которые могли не только скинуть трос, но и спуститься к ослабленному товарищу. Сможет ли Александр сам пристегнуться к тросу, не знали.

– Он смог! Вертолёты его сорок минут искали. И всё это время он выползал из палатки. Невероятнейшая сила воли, это чудо, – голос на том конце дрогнул. И только после паузы Анна продолжила: – А выщелкнуться-то забыл. Чуть вертолёт не опрокинул.

Ловить трос нужно было на узкой «полочке», где одно неверное движение – и можно улететь. Избежать этого помогает самостраховка, которая одним концом пристёгнута к альпинисту, а другим – к скале.

– И он забыл. Прямо как Хумар (Томаш Хумар попал в ловушку на Рупальской стене в Пакистане в 2005 году. Его также спасли на седьмой день). Чуть вертолёт не обрушил, но крюк чудом вырвало из стены.

Александра утром 31 июля доставили в военный госпиталь в Скарду. Координаторы спасательной операции со ссылкой на врачей говорят, что вроде обошлось без обморожения, операционного вмешательства не требуется и общее состояние тревог не вызывает. При необходимости его готовы сразу эвакуировать в Россию, но не исключено, что поправляться он будет в Пакистане.


Сразу после спасения//Анна Пиунова/Facebook.com

– Саша едва может говорить. Конечно, счастлив, очень истощен, но жив, цел. Жена и дети (а у Александра их двое) как бы узнали теперь, – смеётся Анна, но тут же мрачнеет: – Тело Сергея не подняли.

В Федерации альпинизма России уточняют, что этот вопрос сейчас на повестке. Организацией поисков занимаются, но прогноз не слишком позитивный. Тело засыпало снегом, которого за последние дни выпало около полуметра.

Число попыток подняться на Латок-1 по северному склону разнится. На вершине бывали многие, но по северному склону до конца не поднимался никто. Экспедиций было десятки, на штурм шли самые отчаянные.


Группа пилотов и спасателей//Анна Пиунова/Facebook.com

«Таких мест в мире всего несколько. Это то, что американцы называют «большая стена». Отвесная стена, местами за неё приходится цепляться голыми руками. А альпинисты же такие чудаки, которые не ищут лёгких путей», – говорит член правления ФАР Александр Одинцов.

Сергей Глазунов и Александр Гуков закончили восхождение, но из-за тумана не увидели вершину. Завершили ли они до сих пор никем не пройденный маршрут, не известно. Да это уже и не важно, говорит Одинцов. В технической ошибке Глазунова он сомневается – квалификации хватало, чтобы её избежать.

Татьяна Ципуштанова

Справка:

42-летний Александр Гуков – кандидат в мастера спорта по альпинизму, представитель Федерации альпинизма Петербурга, курсант школы гидов RMGA. Он первым поднимался на вершины Челатзе (6440 метров), Тамсерку (6623) и Тулаги-Чули (7059) в Непале. Два года подряд в 2014-м и в 2015-м становился чемпионом России по альпинизму, удостоен международной премии Piolet d'Or («Золотой ледоруб») и одноимённой национальной награды. В миру он помощник капитана дальнего плавания. Женат, двое детей.

Источник: Фонтанка.ру