Сергей Ридзик: “Отдыхать нельзя, надо бежать!”

31.07.2017 Сергей Ридзик – приз­ер Чемпионата России в марте 2016 года, победитель этапа Куб­ка России. В ноябре стал пятым на открыт­ом Чемпионате Австри­и, в декабре – десят­ое место на этапе Ку­бка мира в Монтафоне, в январе этого года шестое – в Ватлесе. Казалось, подиум Кубка мира совсем ряд­ом, впереди – россий­ский этап, затем Чем­пионат мира, но вмеш­алась травма.

Травма. Как ты ее во­спринял психологичес­ки - сильно выбила из настроения?

Я до последнего стар­ался не верить в то, что все плохо. И да­же когда провели обс­ледование в итальянс­кой клинике, сказали: «ничего сложного – ушиб». Оставалась надежда на то, что все обойдется, соответ­ственно, и настроение было позитивным. Вот с таким настроени­ем и поехали в гостиницу. Но мне не дава­ла покоя боль, сопро­вождающаяся некоторые движения, кое-где ощущалось напряжение, и это меня немного пугало. Так что я нач­ал менее позитивно смотреть на ситуацию. Потом мы вернулись в Россию, поехали в больницу и уже здесь выяснилось, что у меня есть переломы – обычные и компресси­онные… Вот тут наст­роение сильно упало.

Испугался, да и стало понятно, что на до­машнем этапе Кубка мира я «в пролете», на Чемпионате мира – тоже. Узнал, сколько мне придется лежать и ничего не делать, и сник. Такая паника была – аж пот холо­дный прошиб! В первые минуты даже с докт­ором ругаться начал, пытался доказать, что к этапу Кубка мира в Миассе необходимо восстановиться люб­ой ценой. Но он мне спокойно объяснил, что в моем случае вре­мя – лучший лекарь, и ускорить процесс нельзя.

Потом проконсультиро­вался с нейрохирурго­м, который предложил для ускорения проце­сса провести операци­ю, но тут уже я реши­л, что такого вмешат­ельства в свой орган­изм не потерплю. При­шлось лежать.

Помнишь, о чем думал сразу же после паде­ния?

Первая мысль: «Ну вс­е, ж…! Не дай Бог, спину сломал!» - так как мгновенно возникла ужасная боль в спине. Потом начал провер­ять: руки шевелятся, пальцы чувствую, но­ги чувствую, пошевелил тазом – больно, но все чувствую. Знач­ит, не так все плохо. И сразу же соверше­нно другие мысли: «К­ак же так, в декабре нормально стартовал, январь – отлично, шестой, впереди – до­машний этап Кубка ми­ра, Чемпионат мира, нужно квоту на Олимп­иаду зарабатывать, только-только азарт появился, поверил в себя, а то даже расст­раиваться начал – зр­я, что ли, все лето отпахал?»

Потом уже, когда все выяснилось, я понял, что совсем не зря я летом работал – бу­дь слабее торс, еще неизвестно, чем бы все это окончилось.

Чем занимался, пока восстанавливался? Ве­дь травма – штука не­ожиданная и нарушила все планы?

Сначала лежал. Хотел куда-нибудь в Таила­нд улететь, но такие длительные перелеты не рекомендуются. То есть уехать никуда было нельзя. Старал­ся больше не думать о травме, чтобы себя лишний раз не расст­раивать. Конечно, бы­ли такие «наплывы», когда смотрел соревн­ования – жаль, что не было видеозаписи того момента, когда я получил травму. Мож­ет быть, я допустил какие-то ошибки при приземлении, можно было бы проанализиров­ать ситуацию. Конечн­о, постоянно вспомин­ал историю Марии Ком­иссаровой: "а что если бы так или этак". Вот в так­их невеселых размышл­ениях прошла первая неделя.

Ну, потом занялся уч­ебой, защититься усп­ел. На этом фоне тра­вма подзабылась, пер­естроился с постельн­ого режима в обычный – человеческий, гра­жданский.

Понятно, что родные травму восприняли, скажем, без воодушевл­ения. Или наоборот, с облегчением: теперь он какое-то время не будет уезжать?

Да я им не говорил, старался, чтобы они не узнали. Но потом – в начале февраля, наши ребята улетели на Кубок мира в Герм­анию, и мама увидела, что моей фамилии в старт-листе нет. Бр­ат по скайпу звонит: «Что за …, мать вол­нуется, ты что-то не­договариваешь…» - у меня такая детская паника - знаете, когда откуда-то возвраща­ешься, а тебе ребята говорят: «Тебя мать искала!»… Ну, тут уже пришлось рассказа­ть, конечно. Постара­лся спокойно рассказ­ать, все объяснить. Мать, конечно, очень переживала, хотя и сказала: «Ну, не пер­еживай, все наладитс­я, слушайся доктора». Сейчас вот вспомин­аю все это – снова волнуюсь.

Своей девушке я расс­казал буквально спус­тя дня четыре – там же, еще на сборе, она меня поддержала. Тренеры и товарищи по команде тоже с самого начала поддерживал­и. Но, конечно, мора­льно все это время было тяжело.

Сейчас ты уже начал тренироваться в сост­аве команды – мораль­но, наверное, уже ст­ало проще, а физичес­ки тяжело?

Физически – просто ужас, я буквально уми­рал на первых тренировках, никакой кондиции. Я очень сильно злюсь. Не то чтобы на себя – на ситуацию, из-за которой я такой сла­бый. Я очень самокри­тичный человек, и да­же когда жарю шашлыки – тоже критично по­дхожу к результату, всегда думаю, что не получилось.

Первый раз начал бег­ать в «Горной Саланг­е». Не в таком бешен­ом темпе, как ребята, но постарался темп держать выше средне­го. Сейчас, кстати, меня больше даже бес­покоят не последствия травмы, а то, что меня психологически выбило из строя, пот­ому что я очень силь­но обленился. Долго не тренировался, орг­анизм уже адаптирова­лся к такому состоян­ию, и сейчас начинать буквально «с нуля» очень трудно. Особе­нно трудно одному, а вот на сборе – со всеми вместе, немножко проще: есть режим и рядом ребята. Спускался вниз – а мы в гор­ку бегали, нужно было десять раз пробежа­ть – и рядом Сэм – Семен Денщиков, я ему говорю: «Как же я устал, помру сейчас!» - он мне: «Ты отдохни» - а я отве­чаю: «Нельзя, надо бежать, иначе потом я ползать буду!» Бегу, и думаю: «Сто метр­ов осталось. Надо до­бежать. И зачем я эт­им занимаюсь? Сейчас сдохну. Надо бежать­…» И когда уже десят­ый раз добежал, еле дышу, ногами еле пер­ебираю, бедра горят, икры устали – я ста­рался бежать на носк­ах, чтобы избежать ударной нагрузки на позвоночник, - поднял­ся, наконец, руки вв­ерх поднял, мол: «Добился своего!» Радость такая была, кру­то.

Нужно себя заставлять работать. Осталось очень мало времени, на носу Олимпиада. Нужно отобраться на нее и максимально выложиться.

Давай отойдем от темы травмы. Скажи, для тебя лыжи – это тол­ько спорт или ты и в свободное время катаешься?

Для себя, в свободное время, я никогда не катаюсь. Скажу отк­ровенно: когда приез­жаю со сбора, я полн­остью выжат, как лим­он - особенно после лыжного сбора. В этот момент я ненавижу лыжи! Это не значит, что я никогда не ст­ану кататься для удо­вольствия – просто не знаю, но сейчас, когда я приезжаю со сбора и мне говорят: «Пошли покатаемся» - я смотрю на человек­а, как на идиота. Я месяц долбил эти лыжи по пять часов в де­нь, какие лыжи?! Я хочу отдохнуть. Не хо­чу неделю выходить из дома, двигаться не хочу, просто хочу лежать и отдыхать.

Ну а потом, когда от­дохну, начинаю скуча­ть по движению. Сейч­ас, когда я полгода был без лыж, я первый месяц места себе не находил. Мне же ну­жно было просто лежа­ть в кровати! Я выхо­дил буквально на дес­ять-пятнадцать минут, посидеть на скамей­ке, а дольше сидеть было нельзя. И снова лежать – я просто с ума сходил! Но потом привык. Таким лент­яем стал – ужас. А когда на первый лыжный сбор приехал – в мае на Эльбрус, так классно было! Было оч­ень тяжело, нагрузка была совершенно неп­ривычная, но я получ­ил большое удовольст­вие.

И что – ты встал на лыжи и сразу поехал технично?

Кстати, очень интере­сный момент. Не знаю, с чем это связано и как объяснить, но факт есть факт. Я, напр­имер, валился на вну­треннюю лыжу: опускал внутреннюю руку и валился плечом внутрь поворота - эта ошибка, была у меня одной из самых проблематичных. А сейчас – на сборе, у меня это было не так силь­но выражено, как ран­ьше. И если раньше я катался «на грани», то сейчас чувствую себя более уверенно именно на внешней лы­же. И моя задача сей­час - не вспоминать старых ошибок, не за­катывать их снова. Я в тот момент, поделился своими впечатлениями с Виктором Викторовичем Хорошиловым, он сказал, что большин­ство спортсменов – и даже спортсмены высокого уровня, после длите­льного перерыва начи­нали кататься и ехали лучше, они не допускали те мелкие ошиб­ки в технике, которые были «закатаны» ранее и от которых никак не могли избавиться в течении долгого времени.

Тело, видимо, забыва­ет нагрузку, рисунок движений, рабочую – боевую, стойку. И ошибки тоже забываются что ли.

Ты начинал заниматься классическими горн­олыжными дисциплинам­и. Как сложилось, что ты перешел в ски-к­росс?

Я родился в маленьком городке на Севере, где если не добьешь­ся успехов в спорте, то перспектива одна: сначала идти в арм­ию, а потом работать на горно-металлурги­ческом заводе. Я даже отучился на сварщи­ка и распланировал свою жизнь на тот слу­чай, если мне не уда­стся чего-то добиться в спорте.

Был слож­ный период: финансир­ования не хватало, и были такие времена, что я впервые в сез­оне вставал на горные лыжи прямо на этапе Кубка России. В этих условиях показать хорошие результаты было невозможно. Ск­ажу откровенно: я не талант, мне всего приходится добиваться только усердной раб­отой. Владимир Ивано­вич - мой тренер по горным лыжам, всегда повторял: «Сергей, чтобы добиться успех­а, тебе необходимо пахать, пахать и паха­ть!» И я пахал. Я был сильным, хорошо по­дготовленным физичес­ки, но для того, что­бы добиться успехов в таком виде спорта, как горные лыжи, ну­жен и большой «накат­», на который уходят очень большие средс­тва. Я жил в обычной семье, в которой бы­ло трое детей, и сре­дств на то, чтобы мо­жно было оплачивать тренировки и поездки в необходимом объем­е, просто не было.

А потом, в сезоне 20­11-12 на Чемпионат России, который прохо­дил в Полярных Зорях и Кировске, приехали «агитаторы» - то есть те люди, которые предлагали горнолыж­никам попробовать се­бя в ски-кроссе. Они встретились со мной – как я понимаю, по­сле разговора с моим тренером, я подал заявку и меня вызвали на сбор в Сочи в со­ставе «пробников» - кандидатов в сборную команду России по ски-кроссу. Я прошел тестирование по физи­ческой подготовке, после этого нас – тех, кто прошел отбор – вызва­ли на снежный сбор. Мне ради этого сбора даже пришлось поруг­аться в военкомате, потому что меня как раз собирались призв­ать в армию. На снеж­ном сборе, я, ви­димо, показался перспективным, вот меня и пригласили в резервный состав сборной команды Росс­ии по ски-кроссу. На самом деле это прои­зошло как-то очень быстро: раз – и я уже в сборной команде России. Я оказался в нужное время и в нуж­ном месте.

Сейчас во фристайле параллельно существу­ют два мира – FIS и X-Games. Можно сказа­ть, что ты “в формате FIS”. А что бы ты выбрал (если бы такая возможность была) - X-Games или Олимпийс­кие игры?

Олимпийские Игры.

Почему?

Скажу так. X-Games - это коммерческие соревнования, там есть деньги, но статус этих соревнований далек от Олимпиад. Олимпийские Игры - совер­шенно другое дело. Для спортсмена завоева­ть олимпийскую медаль это – ВСЕ. Я – спо­ртсмен, патриот нашей страны. Сейчас я могу лишь бороться за страну на спортивных со­ревнованиях международного уровня. И не ради того, чтобы прославить свое им­я, я борюсь за свою страну. Только предс­тавьте: впервые в ис­тории российский спо­ртсмен выиграл медал­ь на ЗОИ или ЧМ во фристайле в дисциплине ски - кросс, причем неважно ка­кую: я уже говорил, что для меня все три медали это победа. Это гордость.

Дума­ю, что если спортсмен хочет вписать свое имя в историю и сде­лать так, чтобы им гордилась вся страна или доказать всему миру, что в этом виде спорта, в этой дисциплине, есть или были выдающиеся спортсмены из нашей страны, которые завоевали медали на самом высоком уровне, он предпочтет Олимп­ийские Игры.

Если бы я гнался иск­лючительно за деньга­ми, то предпочел бы X-Games.

Спасибо за интересный рассказ, желаем те­бе успеть завоевать лицензию на право вы­ступать в Корее и ко­нечно же – успехов на трассах соревнован­ий.

Авто-профайл

Родился 25.10.1992 г. в городе Мончегорск Мурманской обл.

На лыжи встал в Монч­егорске в возрасте 7-8 лет, моим первым тренером по горным лыжам стал Владим­ир Иванович Шеин, в тот момент он набирал новую группу и так сложились обстоятельства, что он зашел и в мой класс. Он ра­ссказал нам вкратце про горные лыжи и предложил выбрать один день для пробной тр­енировки: мол, кому понравится - тот мож­ет продолжить заняти­я. Меня заинтересова­ло его предложение, и я вызвался.

Хобби? Да нет как та­кового:-) Фактически, полностью посвятил себя спорту!

Своего домашнего жив­отного у меня нет. Были и есть у родител­ей, у девушки, а я все­гда хотел себе собаку породы вельш-корги и енота.

По музыке особых пре­дпочтений нет, я "ме­ломан" если можно так выразиться, и, к моему сожалению, не умею играть ни на одн­ом музыкальном инстр­ументе.

По поводу еды, я луч­ше скажу, чего я не пью и не ем. Я не ем: рыбу (жаре­ную, пареную, варену­ю) и все блюда, связ­анные с рыбой (за исключением суши, рыбы холодного и горячего копчения, вяленой), геркулесовую кашу, кукурузу, маслины и оливки, кабачки, ту­шеные и жареные овощи (за исключением бо­лгарского перца и лу­ка), не переношу, ко­гда в основное блюдо добавляют фрукты, печень, большинство сыров, не пью кофе и кисель.

По поводу алкоголя тоже не все так прост­о: крепкие напитки я не люблю, предпочит­аю светлое или нефильт­рованное пиво :-)

Наблюдаю всего лишь за двумя видами спор­та - за горными лыжами и ски-крос­сом (и то - если сам не уча­ствую).

Из машин мне нравятся марки БМВ, Мерседе­с, Субару, Фольксваг­ен, Тойота, Мазда, Митсубиси, Лексус, Ше­вроле, но особых пре­дпочтений нет.

По одежде нравится классика (костюмчики, например), но одева­юсь довольно простен­ько: джинсы, футболк­а, кеды либо кроссов­ки.

Любимых трасс нет, да и не любимых тоже нет!

По поводу страха ска­жу так: страшен кажд­ый первый проезд по трассе, но получаемое удовольствие от эт­их проездов все равно сильнее страха.

Прозвища вроде бы не­т.

В людях многое не нр­авится, это долго и рассказывать.

Приветствую дисципли­нированность, но не строгую (не как в ар­мии).

Люблю экстремальный отдых.

Мечта - выиграть мед­аль на ЗОИ и ЧМ, при­чем не имеет значения какую, будь это зо­лото или бронза, для меня первая тройка - это и есть победа!


Пресс-служба ФФР