Александр Бессмертных: «Жаль детей, которые пытаются. Они как в стену бьются»

Теги: Александр Бессмертных | лыжные гонки

30.10.2019 Вице-чемпион мира и Олимпийских игр Александр Бессмертных возглавил федерацию Кемеровской области по лыжным гонкам. Читайте неравнодушный монолог о том, зачем он на это пошёл, и о плачевном состоянии детского спорта в стране.

«Я ввязался в авантюру в Кемеровской области: стал региональным председателем федерации лыжных гонок из-за того, что мне просто жалко детей, которые что-то пытаются. Они сейчас как в стену бьются: доходят до определенного возраста, и в области никто не остаётся. Я пытаюсь наладить систему, чтобы она работала, чтобы дети вырастали и понимали, ради чего у них всё это. Хочу добиться, чтобы им всячески помогали там.

Вот есть сейчас в Москве люди: Крюков, Петухов – люди с высокими именами. Не знаю, тем они занимаются или не тем, но они могли бы больше сделать со своим опытом, передать это. Но пока Лёша тренируется потихоньку, Никита пытается «Россиньол» раскручивать. Это хорошо, но я считаю, что эти люди могут сделать намного больше. Хотя... я тоже не понимаю, как в Москве можно развивать лыжный спорт – здесь снега практически не бывает, правильно? Если объективно судить, то лыжные гонки – это Сибирь, Дальний Восток, Урал. Но не в Москве. Тут это затратно, и не знаю, нужно ли людям. На Красногорке же мы видим, что раньше было и что сейчас есть.

Тот же Никита говорит: а для кого я буду что-то делать здесь? Кто-то катается, вот он и делает понемногу. У нас-то детей непросто заставить на лыжах ходить. А здесь, когда с лыжами надо ехать куда-то, потом вернуться... С учёбой это несовместимые вещи практически. У нас расстояние маленькое, и то дети тяжело ходят. А здесь нет трасс в шаговой доступности.

Я стараюсь что-то делать сейчас. Как-то развивать, популяризировать. Я хочу развивать спорт в своём регионе в том числе. У меня в голове грандиозные планы: у нас есть хорошие места, в которых можно сделать базу, на мой взгляд. Когда сам с лыжами завяжу окончательно, тогда буду реализовывать проекты. На самом деле, люди готовы что-то делать, помогать, но без меня смысл? Я это вижу так, они это видят по-другому.

Я не хочу уходить в глобальный спорт – становиться главой минспорта в области. Для меня это общее. Как я могу этим заниматься, если мне это непонятно, и все равно в душе я больше буду лыжником? Мне нравится, чем занимается Елена Валерьевна – она занимается своим любимым делом. Побегала на лыжах и сейчас занимается лыжами глобально. Сборной командой, достижением результата – у нее это получается классно, она счастлива, наверное, что она работает так: не в правительстве сидит за весь спорт отвечает, а занимается тем, чем хочет. Я считаю, что это самое главное в жизни – когда ты на работу приходишь и хочешь работать, а не просто от звонка до звонка отсидеть и быстрее уйти.

Спонсорских денег в регионах почти нет. Я недавно разговаривал с одним человеком, тренером по биатлону, и он говорит: «Знаешь, сколько лет я ходил по кабинетам то к одному, то к другому? Вот поясни: если это государству не надо, зачем это мне?» И я в этих словах понял всю истину, почему спонсоры не хотят выделять на это деньги. Это же пожертвования, а не госпрограммы. Хотя, вроде, госпрограмм много по развитию детского спорта – не знаю, эффективно они работают или нет, но... трассы есть в городах, у нас в области очень много занимается детей. Вопрос не сколько детей занимается, а что им дают после того, как они заканчивают школу.

Детей до девятого класса бежит на первенстве области 300 человек девочек и 300 мальчиков. После девятого класса как косой скосили: никого нет. И вот это понятие, куда дальше ребёнку идти… Есть спортивные факультеты, училища олимпийского резерва, но там тебе нужен результат, правильно? Все хотят, чтоб ты олимпийским чемпионом на первый курс пришел в университет. Тогда ты можешь и не учиться в принципе. Но мы понимаем, что после одиннадцатого класса какой олимпийский чемпион? Вот Большунов есть, который в двадцать с чем-то стал призером Олимпиады, но таких единицы. Вот эту систему непонятно как отладить, чтобы дети могли спокойно и учиться, и заниматься дальше спортом. Взять ту же Америку – у них система не такая как у нас, у них развит студенческий спорт. Вот и вырастают такие звёзды как Диггинс и другие. А что у нас? Пете в деревне дали лыжи, у него здоровья много, он бежит. Попал в сборную – бежит на Олимпиаде.

В общем, детей у нас много – наверное, больше чем у норвежцев – но в Норвегии система чуть по-другому устроена: их до 21 года вообще результат не волнует, они там ходят и в носу ковыряют. А у нас система заточена под то, что тренер получает за результат. Не за количество занимающихся, а за результат. Тренеру выгодно, чтобы ребёнок до девятого класса показывал результат, а потом он другого возьмёт из пятого класса. Куда дальше ребёнок пойдёт, ему неинтересно.

По нашему законодательству легче не ехать на соревнования, чем ребёнка вывозить. Нужен автобус, сопровождение с ремнями безопасности... Если посмотреть список, легче на Луну улететь, чем свозить детей на соревнования. Препоны ставятся, создаются проблемы и родителям, и тренерам. Детей талантливых много, но есть проблемы с финансированием, чтобы они куда-то поехали. Этого действительно не хватает. Доказать кому-то, что надо выделить деньги, тяжело.

У меня в городе есть молодая спортсменка: у нее есть шансы, она едет на отбор на юношеские Олимпийские игры. Веденин звонит и говорит, что нужны данные этой девочки. Я спрашиваю, для чего. Он говорит, вот так и так. Я: «Когда ехать?» Он: «В декабре в Сыктывкаре у них отбор». Я спрашиваю: «Сколько надо денег?» То есть, в Кемерово нужно идти в департамент и говорить, что надо денег. Ну и услышу, что нет денег, все знают, что с бюджетом труба. Решили походить по организациям, есть шанс. Может, что-то соберем, вроде начали уже потихоньку. Я ей лыжи привез сейчас. И это одна! Чтобы одна даже девочка отобралась, система должна работать. Получается, что мне и тренеру это надо, а руководителям нет».

Автор Валерия Кукалева
Источник: "На двадцать пятом километре"