Benni Raich: "Могу представить себя на чемпионате 2017"

В случае, если ветеран горнолыжной команды Австрии, двукратный олимпийский чемпион и трехкратный чемпион мира Бенджамин Райх решит продолжить свою спортивную карьеру, сезон 2015/16 станет его 20-м сезоном в Кубке мира. 37-летний тиролец рассказал о своих планах в интервью газете Tiroler Tageszeitung.

Вы тренируетесь по полной программе?

Benjamin Raich: Так и есть.

Значит ли это, что мы увидим Вас на старте трассы гигантского слалома в Зёльдене 26 октября?

Raich: Я думаю, что приму окончательное решение, когда это будет необходимо. Я тренируюсь, я здоров, но вопрос пока остается открытым.

Вы неоднократно говорили, что решение должно созреть. Как Вы это себе представляете?

Raich: Я должен просто почувствовать, что непременно хочу пережить это еще раз. Я должен знать, что в каждой гонке, в любых условиях, смогу полностью выложиться. Просто сейчас лето и еще слишком рано. Это не значит, что я оттягиваю решение. Но я знаю, что это чувство должно придти.

А если не придет?

Raich: Тогда я остановлюсь, я готов к этому. В принципе, я могу делать все, что захочу. Я многого достиг и не должен кому-то что-то в очередной раз доказывать.

Это Вы говорите на протяжении уже многих лет. Но наверняка тот преждевременный сход с трассы гигантского слалома на чемпионат мира 2015 в Бивер Крик остался у Вас в душе занозой.

Raich: Конечно, это была очень большая неудача, которая до сих пор меня гложет. В тот день всё могло получиться, потому что всё удачно совпало: чувство скорости, подготовка лыж, погода, постановка трассы – а потом через 30 секунд все закончилось. Ты стоишь и не знаешь, что произошло – и почему контрольные ворота стоят не с той стороны. Ты знаешь только, что упустил великолепный шанс. А потом приходит мысль, что, возможно, это был последний чемпионат.
Хотя…

Хотя ..?

Raich: Я все еще могу представить себя в Санкт-Морице (чемпионат мира 2017 года – прим.)

И снова будете бороться за медали?

Raich: Если поеду, то это будет моей целью. Конечно.

А Вас не беспокоит, что в случае продолжения карьеры, но отсутствия высоких результатов Вы своими руками разрушите памятник самому себе?

Raich: Риск в этом есть. Но я один из тех, кто во всем видит положительные моменты и не боится неудачи. Я готов лечь на амбразуру своей широкой грудью.

Что Вы скажете по поводу того, что Анна Феннингер осталась в австрийской команде?

Raich: Для меня это было единственно возможное решение. Можно как угодно относиться к нашему Президенту (Петеру Шрёкснадалю, президенту Лыжной ассоциации Австрии – прим.), но мы зарабатываем очень хорошие деньги благодаря его энергии, чутью бизнесмена и фанатичной преданности горнолыжному спорту.

А у Вас, как у топ-спортсмена, не было ощущения, что система Вас обсчитывает?

Raich: Нет, как раз топ-спортсмен не должен ныть.

И даже если критики говорят об устных соглашениях?

Raich: Я никогда не чувствовал себя ограниченным в правах. В принципе, можно рекламировать все что угодно, кроме продукции прямых конкурентов. Но для этого мне не нужны никакие устные соглашения, это же и так ясно.

Райху, скажут некоторые, легко говорить. Он-то ведь всегда был любимчиком руководства OESV.

Raich: Это слово всегда имело известный привкус. Конечно, это неправда, что я всегда соглашался с начальством или просто плыл по течению. Напротив. Но я пытался выйти на разговор, найти тему для диалога. Чем раньше, тем лучше. И не с помощью электронной почты или фейсбука, а в прямом контакте. Я сажусь за стол с человеком, смотрю ему в глаза и пытаюсь убедить его своими аргументами. Или он убеждает меня. Или все заканчивается компромиссом.

Тем не менее имидж руководства OESV чаще ассоциируется с определенными личностями.

Raich: Я всегда говорил то, что думал. Но понятно: «Шрёкси» (Шрёкснадель – прим.) задает направление. А в любой организации есть кто-то, кто бежит впереди, размахивая флагом.

Вы, все-таки, человек старой школы, но многие контракты заключали сами.

Raich: С горнолыжными фирмами общался главным образом я сам, иногда при этом присутствовал мой отец, и очень часто я советовался с Президентом. При этом совершенно необязательно должен присутствовать менеджер или адвокат. Я считаю, что это контрпродуктивно. Намного важнее знать, чего ты хочешь.

И при этом не оказаться обманутым.

Raich: Ясное дело, не оказаться внакладе. Насколько я знаю, Герхард Бергер (австрийский гонщик Формулы-1 с 1984 по 1997 годы – прим.) сам заключал свои контракты, и – насколько мне известно – они были самыми выгодными.

Беседовал Max Ischia
Перевод: Sch630
Фото c этапа КМ в Леви: Sch630